Я в ответ только махнул рукой, мол, не до тебя сейчас. Обидится на это или не обидится — абсолютно фиолетово. Теперь счёт пошел на минуты. Нужно быстро ввести всех военных в курс моей безумной затеи, а потом двигаться в нужном направлении.
Промедления быть не должно!
— Что-то не пойму я никак, Иван-царевич, что за игру вы затеяли? — спросил Кирилл Иванович, когда мы покинули зал для совещаний и закрылись в соседней комнате.
— А вот что за игру, — ответил я и начал рассказывать свой план.
Как я и думал, сперва с ним никто не согласился!
До вечера шла торговля людьми…
Именно торговля!
Иначе я никак не мог назвать то, что делали бояре с нукерами мурзы. Одни яростно торговались за каждого человека, отчаянно пытаясь сбить цену, другие же наоборот пытались накинуть от всей широкой татарской души.
Я же в сотый раз описывал то, что задумывал и первым делом ставил то, что не просто так спросил с мурзы грамоту. Со мной сначала ни в какую не хотели соглашаться. В глаза не называли сумасшедшим, но подобное желание светилось во всех взорах.
Да что там говорить, даже верный друг Тычимба пару раз шепнул, что это чистой воды самоубийство. Что никогда такого не было и вряд ли когда осуществится. А уж мы с Тычимбой прошли вместе не один мир!
Что говорить об остальных?
Однако, в конце концов мне удалось-таки склонить всех на свою сторону. Конечно, для осуществления задуманного было необходимо время, вот его и должна обеспечить вызванная грамота, подписанная царём.
Грамота и отчаянная торговля за каждого человека! С татарской стороны было решено отправлять пленных двумя партиями, чтобы сперва преподнести грамоту, забрать деньги, а после выдачи второй части пленных забрать грамоту обратно и вдобавок получить обговоренную дань.
Да-да, ещё и про дань поговорили — сколько давать и в каком виде. Как мы и предполагали, татары в основном требовали продукты. Всё-таки поход такой орды требовал немало пищи!
— А мы без шума и пыли наведем шухер и вернемся! — говорил я, убеждая собравшихся в своей правоте.
— Но это просто нереально! — качал головой Кирилл Иванович. — Просто нереально!
— А что у нас на Руси бывает реально? — буркнул я в ответ. — Сложить покорно головы и ждать кнута? Или ещё чего хуже? А тут я предлагаю самое верное решение!
— Но это настолько дико, настолько сумасбродно…
— Потому-то это и может выгореть! Мне для дела нужно всего человек десять. Не больше! И ещё сущностей около ста штук. Да, чего вы морщитесь, уважаемые ведари? Сущности ещё можно приобрести, а человеческую жизнь вряд ли вернёшь обратно. Поэтому я и предлагаю вам самый оптимальный вариант! — я старался оставаться спокойным, но как прошибить этих неверующих?
— А я поддерживаю царевича! — бухнул кулаком по столу Малюта Скуратов. — Это дело может выгореть! А если не выгорит, то всё одно помирать!
— И я поддерживаю! — сжал кулаки Годунов. — Это всё слишком невероятно, чтобы татары могли поверить в такое. И на этом можно запросто сыграть!
— Но… на это же нужно время! — сказал княжич. — А где его взять?
— А вот это как раз и не проблема, — усмехнулся я и вышел в другую комнату.
В ту самую, в которой велись торги за людей. Где дипломатия расцветала буйным цветом во всей своей красе. Не было меня всего-навсего пять минут, а когда вернулся, то с улыбкой сообщил:
— У нас есть день. Нам хватит этого за глаза!
— Но как? — непонимающе уставились на меня глаза всех собравшихся.
— Всего лишь надо с людьми ладить, — подмигнул я княжичу. — В общем, время у нас появилось, теперь надо определиться с людьми. Желательно ведари, чтобы могли бесшумно подкрасться и сделать своё дело.
— Я тоже могу подкрадываться скрытно, — поднял руку Ермак. — Впрочем, чего я рассказываю.
— В вас я не сомневаюсь, Ермак Тимофеевич, — кивнул я в ответ.
— Дык и я смогу! — почесал бороду воевода Хабар.
— Вот вы как раз нужны здесь, — покачал я головой. — Вы и княжич будете изображать сомнение, неприятие и всяческое колебание. В общем, нужно отыграть по полной.
— А может…
— Никаких «может»! Вы нужнее здесь. Кто ещё отправится со мной? — спросил я.
— Куда же вы без меня-то, — буркнул Годунов, поднимая руку.
— Естественно, друг мой, — невольно улыбнулся в ответ.
Следом за Годуновым последовали поднятия рук ещё нескольких человек. Потом ещё и ещё… Все, кто находился в комнате, подняли в итоге руки, соглашаясь с моим планом. Все вызвались на смертельно опасное предприятие. Я не мог удержаться от улыбки.
— Рад, что вы все выказали желание, однако, со мной пойдут…
Я отобрал десять человек, которые подходили к проведению операции. Остальных поблагодарил и пообещал, что в следующий раз обязательно воспользуюсь их услугами. Не могу сказать, что некоторые выдохнули с облегчением.
— Царевич, удачи, — проговорил княжич. — Мы дождёмся вашего возвращения.
— Обязательно дождитесь и не наделайте глупостей, — кивнул я в ответ.
Воевода Хабар пытался что-то сказать, но сдержался и только махнул рукой, мол, чего тут говорить-то…
