— Но война…
Метатрон заставил его умолкнуть взмахом руки.
— Есть кое-что гораздо важнее.
Чёрт возьми, что-то важнее войны между Небесами и адом?
— Я готов, — ответил Ривер, хотя это было не так. И даже близко он готов не был.
— Я знаю, что ты собрал по кусочкам вашу историю с Веррин, но и она не всего помнит. Странно, что она вообще что-то помнит, хотя, мы уверены, что дело в вашей кровной связи.
— Откуда вам вообще известно о кровной связи?
— Длинная история. — Метатрон начал расхаживать, длинные шаги съедали всё расстояние, когда он ходил вперёд и назад, сцепив руки за спиной. — Ты знаешь, что можно опознать Радиантов, пока они в утробе?
— Я об этом слышал.
Метатрон кивнул.
— Твоей матерью была ангел по имени Мариэль. Она связала свою судьбу с Сандальфоном. Уверен, ты об этом знаешь.
— Да, я откопал об этом информацию, когда узнал правду о том, кем являюсь. — Ривер прищурился и посмотрел на архангела. — В записях нет ничего, кроме того, что Сандальфон был уничтожен силами Сатаны, а Мариэль, разродившись, встретила такую же судьбу.
Очень странно, что их смерти не запечатлены в ярких деталях, учитывая, что Сандальфон был принцем среди ангелов. Принцы не умирали и оставались забытыми.
— Правда о тебе и о них находится в частной библиотеке, к которой лишь немногие имеют доступ.
— Ааа, секреты среди ангелов. Кто бы мог подумать, — сухо заметил Ривер.
Метатрон поджал зубы, и Ривер приготовился взорваться от боли от какого-нибудь мучительного ангельского оружия за свой легкомысленный ответ.
— В отличие от большинства братьев и сестёр, мне всегда нравился твой дух. — Он ткнул пальцем в Ривера. — Но будь осторожен с давлением на меня. У меня есть пределы.
Что ж, а вот это удивительно. Ривер считал, что парень его ненавидел. Он наклонил голову в редком, почтительном кивке.
— Как я и сказал, — продолжил Метатрон, — Радиантов узнают ещё в утробе, но в тот момент, когда ребёнок рождается, он не отличается от других ангелов. — Он кинул на Ривера строгий взгляд. — Это важно запомнить для продолжения истории.
— Прямо как предзнаменование в кино. Давай. Продолжай.
— Твоя связь с демонами и людьми делает тебя порой довольно раздражительным.
— Забавно, я говорил им, что они раздражают.
Метатрон не закатил глаза, хотя желание практически вырывалось из его тела.
— Мы почувствовали Радианта в утробе твоей матери.
Ривер закашлялся.
— В утробе, в которой был я?
— Нет, в утробе был Микки Маус, — рявкнул Метатрон. — Естественно, это был ты. Зачем тогда ещё мне рассказывать тебе эту историю?
Ривер ничего не произнёс, что говорило о его потрясении.
— Твоя мама была рада этой новости, но не изменила привычки. Как боевой ангел, она нуждалась в сражениях, а Сандальфон оставался рядом с ней. — Метатрон продолжил расхаживать. — Но среди нас был предатель, и Сатана узнал о беременности твоей матери. Он взял её в плен и уничтожил твоего отца. Мы пытались её спасти, но потеряли легионы ангелов.
— Ничего из этого нет в нашей истории, — произнёс Ривер.
— Нет. Мы всё стёрли.
— Ух-ты. А вы, ребята, любите поиграть с воспоминаниями людьми, да? — Он заслужил удар молнии, сбившей с ног. Когда он наконец-то обрёл голос, он был таким же дымным, как тело. — Похоже, я вышел за грань твоего терпения.
Метатрон лишь улыбнулся.
— Когда мы потратили впустую кучу сил и потеряли много жизней, настало время крайних мер. Мы отправились на войну с Шеулом. Но накануне битвы я встретился с Люцифером. Твоя мать родила. — Он бросил на Ривера жёсткий взгляд. — Двойняшек.
Ривер в этот момент пытался поднять, но от такой новости колени задрожали, и он снова плюхнулся на задницу. Жёстко.
— Двойняшек?
Метатрон кивнул.
— Их отдали в семью. Двойняшки были мужского пола. Но не было способа узнать кто из мальчиков Радиант. Люцифер предложил сделку. Мы возвращаем четырёх очень могущественных падших ангелов, которых держали в плену, и согласились никогда больше не создавать шеулгулики. — Он вздёрнул бровь. — Шеулгулики брались у падших ангелов. Один шеулгулик — один падший. Можешь понять, почему Сатана жаждал прекращения всего этого.
Ривер лишь молча кивнул.
Он не знал, как они создавались. Несколько дней Ривер таскал в кармане двух мёртвых падших ангелов.
— В обмен на это они отдают нам одного мальчишку, а второго оставляют себе.
Ривер едва мог дышать. Столько вопросов роилось в голове, но он не мог говорить. Мог только слушать, и то мозг очень медленно обрабатывал информацию.
Метатрон продолжил.
— Очевидно, они вернули тебя. Твоя мать, зная, что ты в безопасности, предпочла остаться с твоим братом и защищать его. По сей день мы понятия не имеем, что с ней стало.
— Кто меня вырастил?
— Я и моя пара.
Лаааадно. Ривер не мог уложить это в голове.
— Почему ты?
— Потому что Сандальфон был моим братом, — ответил Метатрон. Как я сказал, близнецы росли в семье.
Значит, Метатрон был дядей Ривера? Как хорошо, что Ривер сидел. Вероятно, ему стоит оставаться в таком положении. У него было ощущение, что потрясение всё равно собьёт с ног.
— Я знал о своих настоящих родителях?
— Ты считал меня и мою пару своими настоящими родителями.
