Роберт Адамс - Собрание сатсангов полностью

уходит далеко от дома». Что-то в таком роде. Казалось, что это был ответ на все: «Где

дом?» Мой ум был так тих и спокоен, как никогда. (Р: Это хорошо.) Большое

облегчение, поэтому я много смеюсь. (Р: Звучит хорошо.) Это было так, словно, я

говорил Джиму об этом раньше, потому что для меня это было очень сильное

переживание, и есть настоящее желание быть человеком, в определенном смысле.

Р: Вы, на самом деле, не должны себе отказывать.

УР: Да, но даже более того, это как бы больше определенного чувства, что хочется

быть вовлеченным, но по-другому, чем раньше, вы знаете. Как бы быть полностью

единым с опытом, который проживается, можно так сказать, и даже если это

происходит только в моем уме, вы знаете? (Р: Ммм…) И кажется, что происходит

облегчение, это, словно бы раз, и взрыв, действительно хорошее ощущение. (Р: Это

оно, да.) Да, вы знаете, это как, что бы ни происходило, даже если это фантазия, это

382

samo-poznanie.net

тоже реальность.

Р: Это оно. Как я и говорил, вы не думаете об этом.

УР: Да.

Р: Нет мыслей о том, что я должен или не должен. Есть просто опыт. Это вне мыслей

или слов. Поэтому я все время повторяю, когда вы попадаете в это состояние, это

невыразимо. Нет слов, чтобы его описать. Поэтому мы молчим и ничего не говорим, это

лучшее описание.

Когда я говорю, что мы становимся более человечными, я имею в виду, что мы

расширяемся, включаем в себя всю вселенную и понимаем, что все есть истинное Я, и я

есть То. Это приобретает смысл для вас. Вы не используете эти слова так, как я

упоминал. Вы просто знаете это. Вы воспринимаете это так, как оно есть. Но нет слов,

которые бы приходили вам на ум. Больше нет слов, вроде, должен я или не должен,

прав или неправ, хорошо или плохо. Просто, пребывая собой, вы являетесь

человеческой расой, вселенной, всем. Но нет слов, чтобы описать это. Нет законов,

которым вы должны следовать, и нет правил, которые вы должны выполнять. Однако, в

этом состоянии просто невозможно причинить кому-нибудь боль. Вы вне того, чтобы

обижаться и обижать. Это состояние полного смирения, полного сострадания и

абсолютной любящей доброты. ( УР: Кажется, это не звучало как мотивация или как

намерение. ) Да, это правда, потому что нет никого, чтобы быть мотивированным. ( УР: Правильно. Никого, чтобы быть обиженным или затронутым. ) Конечно же, это эго.

Только эго может быть затронутым, обиженным или мотивированным. Но, когда эго нет,

не о чем думать. Деятель уходит. Поэтому, что бы вы ни делали, оно происходит

автоматически, спонтанно. Это вклад в человеческую расу, как я сказал, это никого не

ранит. Итак, снова, если вам все еще приходится думать, правильно это или нет, или

если вам все еще приходится думать, обижаю ли я кого-то, принимаю ли я правильное

решение, тогда вы можете знать, что эго есть и хорошо поживает.

УК: Но, разве это не хорошо, проходить через этот процесс до тех пор, пока эго не

уйдет?

Р: Смотреть на себя, наблюдать себя, быть свидетелем того, что происходит. Это ведет

к тишине.

УВ: Иначе снова захватываешься игрой.

Р: Конечно, не реагируйте на нее.

УР: Роберт, в моем случае было очень много страха ранить кого-то, и это

действительно оказывало большое влияние… Воспоминания все еще имели влияние.

Казалось, что я пытался сделать с этим что-то, найти какое-то место, где бы я был в

безопасности. Затем, как только я осознал, что это безнадежно, тогда, кажется, все

развернулось совершенно по-другому. Словно мир полностью сместился. Страх быть

383

samo-poznanie.net

обиженным или, что я обижу кого-нибудь, был воспоминанием, это было, все равно,

что жить прошлым.