Видя, что Мамонт отступает, брат Давид вопросительно посмотрел на Этого. Тот кивнул. Давид махнул рукой, и братья пошли в атаку. Во дворе они рассредоточились. Часть ушла налево, остальные — направо. Как и было заранее оговорено, сектанты двигались хаотично, постоянно подпрыгивали и закладывали крутые виражи.
Голиаф, напротив, замер и отслеживал каждое их движение. Он не стрелял. Ещё не время. А вот теперь пора! Короткая очередь поразила цель, и одного из роботов отшвырнуло на несколько метров. Его тело прокатилось по земле, продолжая вращать моноколесом, дёрнулось и затихло.
— Двигайтесь активнее, пусть тратит больше патронов! — закричал брат Давид и понёсся прямо на Голиафа.
Робот-охранник развернул пулемёты, но Давид успел его опередить. Он резко подпрыгнул и ударил Голиафа в голову своим моноколесом. Ощутимого эффекта это не принесло, зато охранник рефлекторно выстрелил, израсходовав часть изрядно опустевшего боезапаса.
Роботы издали ликующий вопль, и один из них решил повторить за Давидом. Только Голиаф уже был готов и нанёс упреждающий удар. Смельчаку снесло верхнюю часть корпуса, нижняя же опрокинулась навзничь.
«Надо что-то делать, — подумал брат Давид, — иначе мы тут все поляжем». Он посмотрел на пролом за спиной Голиафа, и тут его осенило. Брат Давид юркнул в главный вход и проскочил в лабораторию. Теперь надо как-то отвлечь охранника. Робот глянул по сторонам, увидел на полу опрокинутый стул и взял его в руки. Почему нет? Сгодится! Давид размахнулся и швырнул стул в спину врага.
Почувствовав удар, Голиаф крутанулся на своих гусеницах и принялся стрелять вглубь пролома. Не прицельно, подавляющим огнём.
— Атакуйте его! — скомандовал брат Давид, прячась за одним из столов.
Пули крушили всё вокруг, но стол пока не задевали. Выглянув из укрытия, Давид увидел, как братья набрасываются на Голиафа, виснут на его «руках», долбят по голове кусками отвалившегося от стен бетона. Охранник не обращал на них внимания и терпеливо высматривал свою жертву. Нападавшие не могли причинить ему серьёзного вреда.
В воздухе раздалось жужжание, и один из пулемётов Голиафа обхватило тросом. В бой вступили лесничие.
— Подмога! — обрадовался брат Давид, чуть сильнее высунувшись из-за стола.
Один из пулемётов ожил, и пули ударили Давиду в голову.
IV
Сектанты навалились на Голиафа и принялись его дубасить. Охранник стрелял куда-то вглубь здания. Лучшего момента для нападения просто не будет. Роботы-лесничие перешли в наступление.
— Разбегайсь! — прокричал старичок-лесничок, когда первая группа выпустила в Голиафа тросы.
Роботы-помощники попрыгали на землю и бросились наутёк. Тросы опутали пулемёты, тело и шею охранника и резко натянулись, когда лесничие разъехались в стороны. Голиаф тщетно пытался освободиться, но оказалось, что восьмерых лесничих достаточно, чтобы удерживать на месте эту громадину. Он попробовал стрелять, и это тоже не принесло никакого результата. Стволы пулемётов были направлены в землю. Пули просто не добивали до противника.
— Так, вы давайте пулемёты ему отчекрыжьте, — приказал лесничок тем, кто не удерживал Голиафа, — а я ему голову сниму. Дело-то ответственное, никому другому не могу доверить.
Когда струи стали вгрызаться в его тело, Голиаф понял, что сейчас произойдёт, и принялся вырываться с новой силой. Лесничие не сдавались, продолжая натягивать тросы.
Хотя охранник и стоял спиной к дыре в заборе, по внешним камерам он увидел, как через неё осторожно, озираясь по сторонам, пробираются ещё один робот-помощник и робоняня. Они миновали то место, где ещё недавно лежало тело поверженного Хозяина. На земле никого не было. «Хозяин жив!» — понял Голиаф и рванулся сильнее. Вроде бы, тросы поддаются, нужно пробовать ещё!
В этот момент в его глазах потемнело. Голова Голиафа отвалилась и упала вниз.
V
В течение всего сражения Этот порывался пробраться в институт, а Мама и Павлов его удерживали. Робот-помощник надеялся отключить систему безопасности, а с ней и охранника. Профессор настаивал, что это слишком рискованно.
— Подождите-ка, — сказала Мама, — а где Друг?
Тела робота нигде не было.
— Значит, выжил, — констатировал Павлов.
— Друг явно прячется в институте. Куда он мог пойти? — спросил Этот.
— Он ранен. На минус третьем этаже есть ремонтный цех, туда не требуется специального допуска. Уверен, Друг сейчас там.
— Мы должны его схватить. Если сбежит, неизвестно, чем всё закончится.
— Я пойду с вами! — вызвался Павлов.
— Не стоит. Вдруг он решит на вас напасть? Вы нам нужны живым, иначе и начинать не стоило.
Павлов нехотя согласился, и друзья отправились на задание. Всё менялось настолько стремительно, что Этот, любивший поразмыслить над разными непростыми вопросами, просто не успевал о чём-то думать. Непривычное ощущение. Не хотелось бы к нему привыкать.
Они миновали разбираемого на запчасти Голиафа, стараясь не смотреть в ту сторону. Он был роботом, добросовестно выполнявшим свои задачи, и его было по-своему жалко.
