Война идет полным ходом, стреляют, убивают, братва на ушах, а этому хоть бы хны. Засел в своем офисе, рабочий день закончился, но у Березы круглосуточный режим. Это его штаб-квартира. Только в роли начальника штаба — роскошная блондинка с чумовыми кудряшками. Стоит, задницей в край стола упирается, и без того короткая юбка задрана, ноги сомкнуты, но это пока. Береза уже раздвигает их, сидит в своем кресле, просунув ладонь между бедрами. Глаза у блондинки закрыты, она напряглась с появлением Свинца, но даже не глянула на него. Как будто запрограммировали ее, что не нужно ни на что реагировать. И сам Береза беззастенчиво мял девичью плоть, хотя должен был уже как минимум остановиться. А как максимум прогнать эту шлюшку. Но руку из промежности он вытащил не ранее, чем Свинец возмущенно повел бровью. А ведь боец на входе уже докладывал о нем, Береза знал, что сейчас откроется дверь и войдет босс. Но нет, блондинка до сих пор перед ним. И она притворяется, что ей в кайф, и он.
— Балдеешь? — смерив Березу взглядом, спросил Свинец.
— Да вот, на ночь глядя, — улыбнулся тот.
А улыбается фальшиво, нездоровая какая-то озабоченность в глазах. И не о шлюхе своей он думает, какая-то крамола в мыслях, отсюда и эта дешевая постановка. Дескать, если Береза и смущен, то лишь тем, что его застукали с телкой.
— Жена? — кивнув на блондинку, спросил Свинец.
— Да нет.
— Одолжишь на часок?
Не дожидаясь ответа, Свинец схватил девушку за руку, выдернул ее из одного кабинета и затащил в другой. Коржик с ним, Баян с Ярычем подъехали, вот и вся свита. У Березы только в офисе с полдюжины человек. Свинец очень рисковал, но ему нужно знать правду. Предупрежден — вооружен.
Коржик с Баяном встали у двери, но надежды на них мало — нужно спешить. Свинец выпустил из рукава нож, нацелил жало на блондинку.
— Знаешь, кто я такой?
От страха она не могла выдавить и слова, но красноречиво кивнула. И юбку на колени натягивать перестала, а зачем, когда нож может вспороть брюхо. Уж лучше пусть Свинец что-то другое вспорет, и не ножом. Но ему сейчас не до секса. Витязь все — своим ходом на тот свет вышел, даже добивать не пришлось. Труп скинули в реку, Баян с Ярычем подъехали, к ним в машину пересели, Свинец, три бойца и Лера — вот и вся команда. Смешно это или нет, Лера в наручниках ему ничуть не мешала, более того, с ней спокойнее. В машине его ждет, ее Свинец и трахнет, когда придет время.
— Как зовут?
— Юля, — всхлипнула блондинка.
И затеребила верхнюю из не расстегнутых пуговиц на рубашечке. И не хочет раздеваться, но вдруг надо.
— Давно с Ромой спишь, Юля?
— Ну-у…
— Или не спишь?
— Работаю здесь просто…
— А Рома предложил для мебели постоять.
— Для мебели? Ну да, для мебели, — закивала Юля.
— Когда попросил?
— Я документы принесла, запарка у нас, а вы подъехали, он сказал, что нужно постоять немного. Для отвода глаз.
— Так и сказал, для отвода глаз?
— Может, кто-то позвонил ему?
— Да, кто-то звонил…
— Кто?
— Я не знаю, но кто-то свой. И нехороший.
— Почему нехороший?
— Роман Иванович не обрадовался ему. Но и не разозлился. Выслушал, сказал, надо подумать… Потом сказал, что все сделает…
— Что сделает?
— Не знаю, но он сказал, что все понял… Он говорит, а я, дура, стою, он даже не сразу понял, что я слушаю. А когда понял… Не надо меня убивать, пожалуйста! — вдруг заплакала Юля.
Свинец глянул на нож, клинок чистый, и рукоять не мокрая скользкая. А рубашечка у Юли белая, хорошо бы испачкать ее в крови. А заодно посмотреть в красивые умирающие глаза… Но кровь попадет на рукоять, будет скользко, а еще нужно с Березой разобраться.
— Здесь будь, высунешься — убью!
Юлю он оставлял на потом, будет сладкий десерт, если с ужином пройдет гладко.
Свинец оставил блондинку в кабинете, вышел в коридор, а там Береза. Хмуро на него смотрит, исподлобья. Страшно ему, но он храбрится, как бы штаны от натуги не лопнули. Четыре лба у него за спиной, у одного ствол уже в руке, у остальных пока за поясом. Пацаны еще надеются на благополучный исход, вдруг Свинец выбросит перед ними белый флаг. Ну, так пусть напугают для начала, а то совсем не страшно.
— Леша, нужно поговорить!
Береза подал знак, и второй боец вытащил из-за пояса ствол, двое остальных пока не дергались. Все пока еще на расслабоне, но паровоз разгоняется, еще немного, и его уже не остановить.
Но ход набирал и Свинец, причем в прямом смысле.
— Поговорим! — сказал он.
И тут же, не останавливаясь, вонзил нож в сердце. Береза даже не понял, как у Свинца в руке оказалась финка. Глаза распахнулись, рот приоткрылся, на подбородок хлынула струйка крови.
— Предатель! — прокручивая нож, процедил Свинец.
И никто даже не наставил на него ствол. У него нож, у его пацанов волыны, а еще Шило может с тылу поджать, у него пистолет-пулемет, разом всех положит.
— Я правильно сказал, Бархат? — поворачиваясь к старшему «быку», резко спросил Свинец.
— Что правильно? — забыв про ствол, шарахнулся в сторону громила и при этом продолжал смотреть на умирающего босса.
— Береза меня сдал?
— Ну, так не я же!
— Кому сдал?
— Кому сдал, не знаю. А то, что Лыба звонил, было дело.
