— Понимаете, хотела сегодня серьги сменить, а шкатулки нет. Там же драгоценностей почти на миллион. Шкатулочка небольшая, но вещи весьма дорогие. Я вчера уехала вечером, и в доме только няня оставалась…
Люба врала самозабвенно, применила всё актёрское мастерство, на которое была способна. Оперативники стали снимать отпечатки пальцев с мебели и дверей. А один из них подошёл к Арсении.
— Что скажете вы по этому поводу, Арсения Романовна? — спросил капитан, пристально глядя на няньку.
— Я ничего не крала. Она сама попросила отдать шкатулку курьеру. Зашла в ванную комнату и умоляла оказать ей услугу. И вообще, в доме камеры, я же не дура так подставляться, — твёрдым голосом ответила Арсения.
Люба видела, что нянька жмётся к стене и волнуется, но отвечает чётко и без запинки. Она усмехнулась про себя и сказала вслух, гордо вскинув голову:
— Да, действительно, дом утыкан маленькими камерами. Мой муж специально их поставил. Мы после свадьбы уезжали на две недели, а няня новая, вот и пришлось поставить. По возвращении Володя их выключил, об этом знали все, в том числе и слуги. То, что он включил их снова, мы никому из слуг не сказали. Она, видимо, думала, что до сих пор ничего не работает, решила поживиться и сбежать вместе с любовником. Вот, смотрите, — Любовь нажала на запись в своём планшете. Здесь она крадёт деньги. А тут она передаёт деньги любовнику. — Что касается меня, то я здесь хозяйка, где хочу, там и хожу. Зашла я умыться, когда они с пацаном были в ванной, что здесь такого?
Люба с удовольствием заметила, как побледнела нянька. Ведь их разговор у калитки был не слышен, а вот когда Федя зашёл на территорию, он обнял и поцеловал девушку. Эта дура даже не сразу отстранилась, что было на руку. А потом мужчина прокричал на всю улицу, как он её любит. Факт передачи пакета был виден чётко. Капитан спросил, знает ли Арсения этого парня, и та назвала его имя, а потом и адрес, но стояла на своём, Колобов пришёл в качестве курьера.
— Госпожа Калинина Арсения Романовна, вы арестованы по подозрению в краже. Руки, пожалуйста, — капитан достал наручники.
Люба сделала грустный вид, а в душе ликовала: ненавистную девку заковали в кандалы и сейчас повезут в отделение. Понятно, что по горячим следам доберутся до Колобова и драгоценностей. Как минимум до завтра ей обеспечено провести время в обезьяннике. А уж потом Люба скажет, что у девушки больное сердце, что она не хочет её смерти и просит выпустить до суда под подписку. А ещё лучше замять дело и забрать заявление, всё равно Вовка назад её не возьмёт, да и новые неприятности на голову девицы будут обеспечены.
Люба перекинула записи на флешку и подала капитану. Потом они спустились вниз. Арсения с трудом надела ботинки, нахлобучила свою дурацкую шляпу, а пальто ей на плечи накинул один из прибывших оперов.
Когда выходили на улицу, в холл ринулся Максим.
— Мама! — завопил он истошно.
Маша попыталась его удержать, но пацан ловко увернулся и выбежал на улицу. Он бежал по снегу в одних тапках, утопая почти по колено, и плакал навзрыд.
— Мама! Мама! Не уходи, мама! — орал он, потом упал в сугроб и почти утонул в нём.
Люба ринулась к пацану, изображая заботливую мать, но её опередила Маша. Та подхватила пацана на руки и понесла в дом. Максим тянул руки к няньке и продолжал орать: «Мама, не уходи!»
Арсения обернулась у калитки, в её глазах стояли слёзы. Люба знала, что у няньки больное сердце и нельзя волноваться, но ничего не ёкнуло в груди, только появилось опасение, что, если у девки будет сердечный приступ и она сляжет, вторая часть плана пойдёт прахом.
Султан подъехал к дому Полонских и услышал вопли. Какой-то мальчик звал маму и просил не уходить, через пару секунд сотрудники полиции вывели его сестру в наручниках.
— Из машины не выходим. Сейчас не нужно вмешиваться, поедем за ними до отделения, — строго сказал Султан и пристально глянул в лобовое стекло.
Над домом Полонских летал дрон, который никто не замечал. Дрон стал удаляться за машину. Султан быстро глянул в стекло заднего вида. Недалеко были кусты, но они плохо скрывали человека.
— Ребята, поймайте мне умника с дроном. Приволоките в машину.
Охрана быстро высыпала на улицу и понеслась в сторону кустов. Парень схватил дрон, но далеко не убежал. Его приволокли и кинули на сидение автомобиля.
— Давайте садитесь. Из поселка одна дорога, ещё успеем нагнать полицейский автомобиль, — скомандовал Халил, заводя мотор.
Охранники сели по бокам от парня, а тот сидел, выпучив глаза.
— Вы кто такие, что вам надо от меня?! — испуганно спросил он.
— Потом узнаешь, сейчас не до тебя. Впрочем, может ты в курсе, за что арестовали Арсению Калинину? — спросил султан, а переводчик, сидевший прямо за ним, перевёл.
— Не знаю. Но за что угодно. Может, заслужила. Но есть вероятность, что хозяйка дома подставила. Та ещё штучка. На ней пробы негде ставить, — скривился парень.
— Как тебя зовут и кто ты? — теперь уже спросил Халил.
— Виктор Куницын, местный журналист.
— Меня можешь звать господин Султан. С нами поедешь, а там разберёмся.
