При виде страшной зияющей раны в боку оборотня мне стало плохо. Он, к счастью, был без сознания, но долго ли это продлится — я не знал. Ну, хорошо еще, что он пока не превратился обратно в человека, а значит, был все еще жив. А раз жив — значит, по крайней мере, теоретически, ему еще можно помочь. Гермиона, кажется, раздела мое мнение. Она опустилась на колени рядом с волком, ее тонкие пальцы, чуть подрагивая, коснулись рваного края раны. Подняв палочку, она зашептала что-то, кажется, какие-то кровоостанавливающие чары… однако это не особенно помогло. То ли Сила Луны под воздействием серебра препятствовала заживлению, то ли у самой Гермионы уже почти не осталось магических сил. Черт, если бы я мог как-то помочь ей, поддержать… Я лихорадочно пытался просчитать возможные варианты — и не видел ни одного.
Ответ пришел неожиданно, хотя я мог бы уже привыкнуть к этому — ну или хотя бы не удивляться. Разве что тому, что знание оказалось для меня совершенно новым. Не думаю, что прежде мне доводилось читать или слышать нечто подобное — но оно буквально всплыло из глубин моей памяти. Сперва как смутный, неясный сон — затем все отчетливее, превращаясь в уверенную и четкую информацию, ясную, словно только что прочитанный текст. Никогда еще Родовые Знания не приходили столь явно… Мне потребовалось несколько секунд, чтобы до конца осознать, что именно мне дает это знание.
После чего, недолго думая, я шагнул к Грейнджер, и, ухватив ее за левую руку, потянул ладонь к себе. На заживляющие чары после Зала Наград ни у кого из нас времени не было — девушка просто наскоро перетянула свой порез чистым платком. Сняв его, я обнажил рану и стиснул ее руку, чтобы вновь показалась кровь. Не давая себе передумать, я сжал в кулак пальцы правой руки, заставив опять треснуть корочку подсохшей крови на моем собственном порезе, и накрыл ее ладонь своей, переплетая пальцы — так, чтобы кровь на ладонях смешалась.
— Принимаю тебя своею кровью под свою руку, как Глава Рода клянусь поддерживать и защищать тебя своей честью, кровью и Силой, пока моя кровь не остынет в твоих жилах, — прошептал я, глядя, как из-под наших сплетенных ладоней стекает багровая струйка.
— Малфой, ты что делаешь? — почти спокойно поинтересовалась Грейнджер. — Я — грязнокровка, забыл? На меня эти ваши штучки с Родовой Магией не распространяются! И вообще… Замараться не боишься?
— Отвянь, — так же ровно посоветовал я. — К твоему сведению, грязнокровки признаются магами низшего порядка. А это — Клятва на крови, — с счел нужным хоть отчасти пояснить свои действия, насколько понимал их сам. — Она не сделает тебя частью рода и не даст никаких прав. Просто как Глава Рода я могу принять под свою руку и защиту ЛЮБОГО мага, которого сочту достойным. Это… просто укрепит тебя и поддержит, ничего более. К тому же — это временно. Пока смешанная кровь не обновиться. Это что-то вроде временного обряда, чтобы сделать клятву постоянной, ее надо повторить перед Зеркалом Рода. Так сказать, реализация моего права защитить кого-то, кто не входит в Род.
— Что-то вроде вассальной клятвы, что ли?
— Да, только наоборот. Не ты клянешься мне в верности как сюзерену, а я клянусь тебя защищать и тебе покровительствовать.
— Оу… Ну… спасибо. Я должна что-нибудь такое, ритуальное ответить?
— «Спасибо» — вполне достаточно, — фыркнул я. — Ну… В смысле, если ты захочешь сделать клятву постоянной, то от тебя потребуется тоже что-то вроде клятвы лояльности. Но пока — пока можно и так. Как ты себя чувствуешь?
— Я… Мне кажется, получше… — не очень уверенно отозвалась она. — Силы возвращаются. По крайней мере, я не чувствую себя так, как будто меня набили изнутри ватой. Спасибо тебе.
— Пользуйся, пока можно, — отозвался я.
Не теряя времени, гриффиндорка снова склонилась над раненным волком, повторяя неудавшиеся ей в первый раз кровоостанавливающие чары. Теперь-то они, к нашему общему облегчению, подействовали — хоть и не так хорошо как хотелось бы…
Гермиона знала и умела применять немалое количество целительных чар — жаль только, мало какие из них действовали на оборотней. Да, исцеляющие заклятия не являлись исключением из правил, Сила Луны ослабляла и их. Ей удалось уменьшить кровотечение — но не остановить его совсем. Так же она смогла удалить из раны осколки ребер, чтобы он не ранили волка еще больше. С огромным трудом удалось восстановить несколько связок… Но это — все. мы могли лишь пытаться поддерживать в не жизнь до тех пор, пока полнолуние не минет и он не станет вновь человеком — вот тогда заклятия и зелья буду действовать на него куда лучше и эффективнее.
По мере сил я помогал ей, но на самом деле я мало что мог сделать, разве что поддержать и, благодаря временным защитным узам, влить ей чуточку своих собственных сил. Сам я целительных чар почти не знал — все собирался как-нибудь выучить одно-два заклинания, но как-то руки не доходили. Впрочем, выбора у нас особенно и не было. Не тащить же оборотня в Лазарет. Он вкусил Крови и может быть опасен, несмотря на Аконитовое зелье…
