В мои планы не входило задерживаться тут надолго. Конечно, неплохо было бы предупредить крестного, что здесь был я, а не какой-то неизвестный злоумышленник — а то, не ровен час, забьет тревогу, когда поймет, что в его кабинет кто-то вломился… С другой стороны, если Гарри чуть ли не при смерти, то скорее всего, Северус по уши занят. Лечебные зелья сами по себе не сварятся. Стоит ли отвлекать его? Хотя опять же, мое появление может его поддержать. Да и потом, написать записку такими руками я все равно не смогу, а как еще оставить сообщение — что-то не очень представляю. Махнув рукой, я решил, что если понадобится, все объясню Снейпу при встрече. Толкнув плечом дверь, я сдавленно зашипел от боли, прокатившейся по всей руке, когда она не поддалась. Мда, и почему только я не такой шкаф, как, например, тот же Гойл, — которому вообще-то все равно, заперта дверь или нет: от удара его плеча она и так и так распахнется? Нет, не то, чтобы я сильно расстраивался, что не похож на Грэга, но иногда и от его габаритов бывает польза….
— Алохомора, — разраженно прошипел я, указывая на замок левой рукой, и потирая ушибленное плечо тыльной стороной правой ладони. Не сомневаюсь, если мое появление из камина и не вызвало к жизни сигнальные чары, предупреждающие Снейпа о вторжении в его "святая святых", то попытка взлома двери просто обязана была это сделать…
Наплевать, — с каким-то ожесточением подумал я. Вряд ли родители смогли уволочь меня из школы без помощи крестного. Держу пари, рыльце у него в пушку. Так что, дорогой Северус, я еще выясню степень твоего участия в деле. А пока… Путь несколько минут твоей нервотрепки будут моей маленькой местью. Ну а если окажется, что ты ни в чемне виноват, — что ж, новый котел с какой-нибудь рунической вязью, из тех, что стоят баснословно дорого, или какой-нибудь редкий трактат по зельям послужат тебе утешением. Раздобыть их мне труда не составит. Да и вообще, голова у меня болела сейчас отнюдь не о Снейпе.
На данный момент меня куда больше занимал Гарри. Я даже не знал, перетащили ли его во временный Лазарет, все еще использовавшийся вместо разрушенного Больничного Крыла, или оставили в башне, потому что трогать его в таком состоянии слишком опасно? Выход был только один — попытаться почувствовать его, определить местонахождение при помощи нашей связи. На какой-то момент мне даже стало страшно — я не был уверен, что мыслесвязь подействует, и я смогу определить его местонахождение, пока он при смерти. Во-первых, я вообще не мог поручиться, что она все еще работает. То ли Поттер в последнее время просто лежал бревном, и ощущать через него мне было просто нечего — то ли я пришел слишком поздно, и… Мне казалось, что сегодня я потерял слишком много времени, пока мотался между домами и странами, хотя на деле прошло немногим больше получаса… Сделав глубокий вдох, я закрыл глаза — и привычно, но с какой-то внутренней неуверенностью, потянулся к Гарри. А точнее — к той пустоте, где раньше так четко ощущал его присутствие.
Какое-то время никакого отклика я не получал, так что и впрямь начал думать, что ничего не выйдет — а потом, ощутил робкий отклик, зыбкий и далекий, словно танцующий свечной огонек в ночи. Отогнав непрошенную и не очень-то приятную ассоциацию, я потянулся туда, к нему навстречу. Ну же! Неужели это только лишь игра моего воображения? Но нет, вот, опять — будто отклик, слабое мерцание во тьме. Бинго!
Уцепившись за тоненькую, призрачную нить сознания Поттера, я помчался по коридорам, лишь краем сознания фиксируя свой путь. Упустить колеблющуюся связь было невыносимо страшно. Кто знает, как именно это повлияет на Гарри — вдруг он вообще… поспешно отогнав дурные мысли, даже не успев их додумать, я тряхнул головой и еще ускорил шаг.
— «Ты только держись! Слышишь, чертов Поттер? Держись, кому говорю!» — отчаянно и четко думал я, взбегая по ступенькам. — «Не смей умирать, гриффиндорский идиот! Выдумал тоже — отправляться на тот свет за этим красноглазым выродком! Тебе его что — так не хватает? Ну же, Гарри…» — дыхание у меня сбивалось, но я не останавливался. Ощущение присутствия Поттера не пропадало, но вместе с тем, я еще никогда не чувствовал ничего подобного. С одной стороны, я вроде осознавал его местоположение… а с другой — вместо привычного и почти родного сознания гриффиндорца я ощущал лишь холодную сосущую пустоту, в которой он был не более, чем призраком — или даже призраком воспоминания о самом себе. Это было похоже, как если бы блуждающий в потемках безвременья Гарри уходил все дальше — не сознавая уже ни прошлого, ни настоящего, и забыв даже себя самого. — «Ты только держись, прошу тебя. Держись! Я уже близко, я сейчас!" — твердил я мысленно, как молитву, не отдавая себе отчет, его успокаиваю, или себя.
