Этого она уж точно не ожидала.
– Из-за парня?
Я кивнула и съежилась.
– Но я думала, что в Мидлтауне все парни страшненькие.
– Да, все. Кроме одного.
Я рассматривала пустой стакан из-под сока так, словно это был самый интересный предмет на свете.
Мама какое-то мгновение молчала.
– Так почему этот парень довел тебя до слез?
Она была рада. Ведь с этим-то уж можно справиться. С таким сталкиваются все мамы девочек-подростков. В отличие от тех ситуаций, когда приходится отскребывать своего ребенка от пола после того, как тот случайно теряет сознание, покупая тампоны.
Я попыталась придумать ответ:
– Мне казалось, что я не нравлюсь ему, поэтому и расстроилась. Но теперь думаю, что нравлюсь. Возможно. Я решила попытать счастья. Так что можешь отменить завтрашнюю встречу с доктором Эшли. Теперь ты знаешь, что я не становлюсь более сумасшедшей и все такое.
Она сурово посмотрела на меня:
– Хорошая попытка. Но не важно, парень в этом виноват или нет, ты пойдешь на прием.
– Что? Но я же сказала тебе, что случилось!
– Тебе надо встречаться с доктором. К тому же нельзя отменять встречу в последнюю минуту. Они все равно выставят счет.
У меня засосало под ложечкой. Так вот в чем дело!
Мама взволнованно подалась вперед:
– Расскажи мне об этом парне.
– Нет.
– Что? Почему?
– Потому что ты моя мама, и мне неловко.
– Дело в том, что я недостаточно крутая? Недостаточно модная, чтобы разговаривать о парнях?
А потом, к моему ужасу, она стала размахивать руками в воздухе, изображая гангстера.
– Мам, я сейчас уйду.
– Да ладно тебе. Я просто пошутила.
– Пока.
Я отнесла пустую тарелку к раковине и быстро вышла.
– Но, прежде чем ты отправишься миловаться с ним, закончи курсовую по психологии, – крикнула она мне вслед.
– Мам, сейчас никто не говорит «миловаться».
– Мне плевать! Прежде чем ты отправишься миловаться с ним, закончи курсовую по психологии.
– Да-да, – проворчала я.
Бесполезно даже пытаться заниматься учебой, когда думаешь о парне. Я вечность просидела над тетрадкой, пялясь в нее и заставляя свой мозг разобраться в этой ахинее. Но все мысли были лишь об одном – Ной. В какой-то момент я просто закрыла глаза и представила, что он читает мне учебник.
К моему ужасу, это помогло сосредоточиться. И даже удалось написать страницу-другую, пока до меня не дошло, что Ной до сих пор не дал о себе знать. Я посмотрела на часы на телефоне. Два часа дня. Почему он не позвонил? Уже потерял интерес? Я покачала головой. Нет, я не такая. И не буду зацикливаться на том, что парень мне не позвонил. Я выключила телефон и почувствовала себя немного лучше.
Наконец у меня получилось дописать черновой вариант. Я перечитала текст и удивилась, что он оказался не так уж и плох. Великолепно. Завтра я отнесу его в колледж и шокирую учителя по психологии.
Я посмотрела на выключенный телефон. Он лежал на столе, манил меня, уговаривал включить его и проверить сообщения. Поэтому я схватила его и отправилась вниз.
– Чашечку чая? – крикнула я.
– С удовольствием, дорогая, – донесся из гостиной папин голос.
– Мам! – крикнула я.
– Она ушла на пилатес.
Я включила чайник, достала две чашки и положила в каждую по чайному пакетику. Ожидая, когда закипит вода, я барабанила пальцами по стойке и каждую секунду бросала взгляд на телефон. Но так и не включила его. Через несколько десятков лет (не меньше!) вода наконец закипела, а я приготовила чай и отнесла обе чашки в гостиную.
Папа вынырнул из-за газеты.
– Спасибо, куколка, – забирая у меня чашку, сказал он.
Я примостилась на диване и сделала небольшой глоток чая.
– Что происходит в мире?
Он встряхнул газету:
– На самом деле все самое интересное произошло в Мидлтауне.
– Ха-ха, очень смешно.
– Это правда.
– Не может быть. Местный священник сбежал с одинокой домохозяйкой?
– Ей-богу, Поппи, мы же не в «Отчаянных домохозяйках» живем.
– А кажется, что именно там.
– Ну раз уж ты спросила, пишут о странностях с погодой. Вчера вечером прошла электрическая буря. Молния ударила в дом какой-то бедной женщины и разрушила крышу.
Я была сбита с толку.
– Мне не спалось большую часть ночи, не могла уснуть. Никакой бури не было. Я бы услышала.
– Она прошла над другой частью города.
– Правда? Я не слышала никакого грома.
Папа сделал глоток:
– Мм, хороший чай. В газете говорится, что не было ни грома, ни дождя. И это очень странно. Только случайная молния, которая попала в дом.
Звучало не очень убедительно. И я решила, что женщина решила обмануть страховую компанию, чтобы получить выплату. Разве повреждения из-за погоды не считаются Божьим промыслом?
– Хм.
– В The Observer говорится, что в последнее время погода ведет себя очень странно.
– Да, Ной тоже так сказал.
Папа опустил газету.
– Кто такой Ной?
Упс!
– Никто. Просто какой-то парень.
– Какой-то парень?
– Перестань, папа. Не приставай. С меня хватит маминого допроса.
– Она рассказала мне, что дело в парне. И чуть в обморок не упала от волнения. Но я не знал, что его зовут Ной.
Я заерзала.
