– Спасибо вам, милая Доррис, у мисс Мэтьюз просто сложный день, простите её, – услышала я мягкий тон Ника, доносящийся снизу, а затем и его шаги по лестнице.
Пребывая в приподнятом настроении, парень влетел в комнату вслед за мной. Наша комната оказалась очень просторной и милой. Её дизайн, как и у всего коттеджа, был выполнен в коричневых оттенках с различными мехами и кожей. Двуспальная кровать стояла в самом центре комнаты, но больше всего захватывал вид из окна: горы и склоны, леса и небольшое озеро. Панорамные окна от пола до потолка украшали весь коттедж, делая его уникальным.
Ник скинул сумку на пол и без приглашений плюхнулся на кровать. Я смерила его возмущённым взглядом.
– Надеюсь, ты ещё помнишь, что ночью я стягиваю одеяло? – ухмыльнулся он.
– Кто тебе сказал, что мы будем спать вдвоём? Гостиная ждёт тебя, Беннет, – проговорила я и, взяв его сумку, поволокла её за дверь.
Он тут же подскочил ко мне и приблизился вплотную. Я нервно сглотнула. Это не было хорошей идеей.
– Что-то ты раскомандовалась в последнее время, Мэтьюз. Не желаешь спать вдвоем, сваливай на кушетку. Лично меня всё устраивает.
– Куда же испарился тот джентльмен, которого мне так нахваливала когда-то мама?! Ни за что, Ник! Я буду спать в кровати одна.
– Зато мелкий командир в юбке остался. Точь-в-точь как в детстве, разве что только грудь выросла, – нервно отозвался Беннет, не сводя с меня глаз.
– Ты... – Я задыхалась от злости и близости. – Ты просто самодовольный осёл!
– Мелкая эгоистка, – улыбаясь, парировал он.
Напряжение между нами росло, и я снова чувствовала на своих губах его прерывистое дыхание. Какая это мучительная пытка – чувствовать его в сантиметре от себя! В порыве отчаяния я замахнулась рукой, желая отвесить ему пощёчину, но, перехватив мою руку, он больно сжал запястье и поднял его над моей головой. А затем... резко впился в губы. Рассудок помутился. Я чётко ощущала лишь одно: его приятный, знакомый аромат, сильные, уверенные руки и желание, что пронзало нас обоих с неведомой силой. Эти самые руки блуждали по моему телу, позволяя себе слишком много, слишком... Развязно и грязно. Но, как ни странно, для меня в эту минуту это было самым великим удовольствием. Чувствовать его везде... Будто тряпичная кукла, я выгибалась под его руками, пальцами и губами. Языком он провёл по пульсирующей венке на моей шее, отчего из моих губ сорвался сладкий стон. Его указательный палец коснулся моих губ, призывая быть тише. Ник жадно смотрел на меня, скользя пальцем по припухшим от поцелуев губам. Карие глаза превратились в чёрные, всё темнея и темнея от желания. Поддаваясь инстинкту, я коснулась кончиком языка подушечки его пальца. Ник шумно выдохнул, всё так же пристально наблюдая. Мы остервенело принялись раздевать друг друга трясущимися пальцами, неловко цепляясь за одежду. Пуговицы его рубашки рассыпались по полу, словно бисерины, отскакивая в разные стороны. Моё платье было до неприличия поднято вверх. Я прислонилась к входной двери, когда сквозь дикое возбуждение меня вдруг осенило. В голове поселился план, лишающий нас обоих наслаждения, но спасающий меня от раскаяния за необдуманный поступок. Я насладилась его последним прикосновением к моему телу и тихо прошептала:
– У меня нет презервативов.
Затуманенным взглядом он окинул комнату в поисках своей сумки.
– Она за дверью. Быстрее, Ник, пожалуйста. Я больше не могу...
Охваченный желанием, парень оторвался от моих губ и открыл входную дверь, бросаясь к сумке. И воспользовавшись моментом, я резко захлопнула за ним дверь и заперла её на замок.
– Чёрт тебя дери, долбанная сучка! – закричал Ник, с силой ударив по двери.
Я закусила губу, прислонившись спиной к двери. Бог ты мой, как же это тяжело! Я так желала почувствовать его рядом, в своих объятиях, в себе... В поисках спокойного сна я выиграла кровать, только теперь я вряд ли заполучу этот сон, сгорая от сумасшедшего желания. Здравствуй, Аспен!
Глава 26. Флирт — святое дело.
Солнечный свет украдкой пробирался сквозь мои плотно закрытые шторы. На часах было восемь утра. Встав с кровати, я обнаружила, что мышцы мои ужасно ломит, будто бы ночью я таскала мешки с цементом. Ко мне закралось такое чувство, будто моё тело устроило забастовку против здравого рассудка. Чёрт возьми! Я слышала, что порой от неудовлетворённого желания такое бывает, но до конца отказывалась в это верить. Конечно, бессонная ночь тоже давала свои плоды, ведь до самого утра я боролась сама с собой. Мне даже казалось, что вот, сейчас я спрыгну с кровати, открою замок на двери и побегу вниз по лестнице, по пути снимая с себя одежду. Желание пробирало до костей. И почему только мы такие упёртые? Будто бы два огня, готовые спалить друг друга своей страстью, неистовством и ярким нравом.
