Переглянувшись, Войцеки даже немного приосанились. Видно было, как им приятна новая роль: Влад много раз признавался, что ему давно хотелось оставить разбойничье житье. Не из-за мучений совести — просто потому что достаточно он сотворил зла. Расплачивались за содеянное они честно.
— Глянь, чего придумали, — похвасталась Кара, вынимая саблю и протягивая Геральту рукоятью. У нее была серебряная сердцевина, испещренная рунами. Немая угроза тронула воздух. — Помог один оксенфуртский кузнец, который с магией знается. Нам по сабле, Янеку — серебряный меч.
— Дорого выходит, — прикинул Геральт. И как будто ненароком посмотрел на обтрепанный рукав старой кожаной куртки.
— Случился удачный заказ, охраняли одного вельможу от призраков. Проклятие на него напустили, вот нечисть и вылезла из семейного склепа, — разъяснил Влад. — А ума у них не шибко много, и вот мы носились и грохотали, весело… Этот граф так наслушался, что наутро нас озолотить пытался. Жалко, супружница его остановила, а так бы еще на арбалеты хорошие хватило.
О заказе он повествовал радостно, блестя глазами, и Геральт удивленно покачал головой. Это для них, ведьмаков, охота была суровой необходимостью, способом выжить, а для Войцеков — настоящее приключение.
— Дело хорошее, — прикинул Геральт, как будто что-то для себя решая. — Отрядам больше доверяют, чем одиночке. Если платить есть чем, конечно… Куда вы теперь?
— Пока — только в Новиград, — пожал плечами Ян. — Поищем какую-нибудь работенку. А ты?
Порывшись в нагрудном кармане куртки, Геральт вытащил сорванное с доски объявление. Бегло вчитавшись, Ян изумленно поднял бровь, присвистнул. Перегнувшись через стол, подлезла Кара. Они вместе читали о чудовище-жабе в оксенфуртских каналах, якобы превращенном вельможе… Ян не выдержал: рассмеялся над этой нелепицей.
— Не врут? — уточнил Влад. — Правда принц?
— Кто его знает, — туманно откликнулся Геральт. — Но чудовище в канализации сидит, а уж что оно такое, надо на месте разбираться. Девиц там пропало немерено.
— Я слышал похожую историю в Повиссе, — поделился Ян. — Какая-то знатная дама прогневила чародея, он и обратил ее в жабу. Все ее искали, а она в болоте… Под шум убили отца, и дочка его стала просто необходима: кто женится на ней, тому и достанутся земли.
— А потом пришел заморский принц, выпустил стрелу — так ему отец велел искать невесту, — и та попала в болото, и он женился на ней, и расколдовал, я тоже слышала! — возликовала, зачастив, Ишим, до того молчавшая и тихонько занимавшаяся штопаньем любимой кофточки с цветочной вышивкой.
— Куда там… Когда добились от чародея ответа, что с дамой сделал, ее уж там не было. Какой-то местный дурак ее поймал, изжарил да съел — шкурка осталась.
— Какие у вас неприятные истории, — печально протянула Ишим. — Разве нет какой-нибудь веселой?..
— Вот идите к Лютику, он вам наплетет, — напомнил Геральт. — Не зову присоединиться к охоте: я привык один разбираться с чудовищами. Но, говорят, в каналах под городом засели утопцы: работа непыльная… скорее мокрая. Но простенькая.
Кара деловито кивнула. Сегодня, оставшись в корчме, она не тратила время попусту и пыталась вызнать, есть ли в окрестностях работа для ведьмака, и, судя по воодушевленному лицу, ей удалось на что-то наткнуться. На что-то посерьезнее чертовых утопцев. Ян ненароком коснулся рукояти меча, снятого со спины и удобно приставленного к лавке. От издерганных нервов и сомнений лучше всего помогала охота.
***
Геральт стал собираться в ночь, но никто не собирался его задерживать: напротив, Войцеки приняли предложение ведьмака распрощаться с заметным облегчением. Глядя на них, Ян попытался представить, каково всю жизнь просуществовать, опасаясь охотников на чудовищ, готовых исшинковать на мелкие кусочки все, что имеет рога и хвосты, — встречались и такие фанатики.
Выйдя проводить Геральта, Ян с наслаждением улыбнулся ночи. Синее небо проблескивало искрами звезд. Лето обещало быть долгим и приятным, полным тепла и света — они заслужили отдых…
— Что-то тебя гложет, — прервал молчание Геральт.
— Ты когда-нибудь понимал, что ты не один? — спросил Ян и, прежде, чем Геральт успел вымолвить хоть слово, махнул рукой. — Нет, не в том смысле… Что кто-то продолжение тебя, что вы двигаетесь вместе, думаете схоже, говорите об одном?
— У них лесная кровь. Нечисть может очаровывать, — сурово заметил Геральт.
Должно быть, Ян и правда походил на одержимого.
— Нет, не в этом дело. Думаешь, я не различил бы, если б меня хотели завлечь колдовством? Я все-таки ведьмак — пусть и помоложе тебя. Ни разу они не пытались мне навредить, поклянусь чем угодно.
Геральт хмыкнул. Сонный мальчишка-конюший вывел Плотву, нетерпеливо бьющую копытом, и ведьмак принялся кропотливо проверять упряжь.
— У них были сотни шансов меня убить, если бы действительно хотелось, — напомнил Ян. — Как и у тебя сегодня. Но все-таки каждый из нас цел и невредим, и мы спокойно разъезжаемся в разные стороны. Может, этот мир и стал немного лучше…