Следующим шагом было изучение защитных заклинаний. В прошлый раз я был абсолютно беззащитен. Этого больше не повторится. Библиотека стала моим вторым домом. Мадам Пинс, библиотекарша с лицом иссохшей горгульи, смотрела на меня с подозрением, когда я вместо обычных учебников начал запрашивать книги по продвинутой защитной магии, дуэльным техникам и распознаванию замаскированных темных искусств. Большинство из них были в Запретной секции, но кое-что удавалось найти и в общем доступе, особенно если знать, как искать.
Я штудировал теорию «Протего» — щитового заклинания, «Экспеллиармус» — обезоруживающего, «Инсендио» — для отвлечения или создания преграды, и даже основы невербальных заклинаний, хотя это было невероятно сложно. Я практиковался ночами, в пустой спальне, когда все спали, или в заброшенных классах, рискуя нарваться на Филча или Пивза. Результаты были скромными. Тело четырнадцатилетнего подростка, даже с магическими способностями, имело свои пределы. Но я был упрям. Каждое успешно выполненное заклинание, каждый отбитый манекен (я стащил один из класса Заклинаний) был маленькой победой.
Особое внимание я уделял всему, что касалось Аластора Муди. Я читал о нем статьи в «Ежедневном Пророке», выискивал упоминания в книгах по истории современных темных искусств. Герой. Легендарный аврор. Поймал бесчисленное количество Пожирателей Смерти. Параноик, но гений защиты. Ни единого намека на предательство или возможность подмены. Это усложняло дело. Если я заявлю, что Муди — самозванец и убийца, меня просто поднимут на смех или отправят в больничное крыло с диагнозом «переутомление на почве славы».
Главной моей задачей в этой «жизни» было предотвратить свое участие в Турнире. Я знал, что мое имя снова вылетит из Кубка. Это было частью чьего-то плана. Но я мог попытаться изменить то, что произойдет после.
Мой первый план был прост: публичность. Когда мое имя назовут, я не пойду покорно в комнату для чемпионов. Я устрою скандал. Буду кричать, что не бросал свое имя, что это подстава, потребую немедленного расследования. Может быть, даже обвиню Муди на глазах у всех. Рискованно, но это лучше, чем быть убитым в темном коридоре.
Я начал готовиться. Продумывал речь, репетировал ее про себя. Я должен был выглядеть убедительно, а не как истеричный подросток. Я также старался держаться на виду, особенно когда поблизости оказывался Муди. Его магический глаз, казалось, следил за каждым моим движением, и каждый раз, когда я ловил на себе его взгляд, по спине пробегал холодок. Я видел в этом глазу не защиту, а прицел.
Отношения с Роном и Гермионой ухудшились. Моя одержимость учебой (которую они принимали за попытку справиться со стрессом), моя замкнутость и постоянная настороженность вызывали у них недоумение и обиду.
— Гарри, ты сам не свой, — как-то сказал Рон, когда я отказался играть с ним в плюй-камни. — Ты все время что-то читаешь, бормочешь под нос. Расслабься, Турнир — это же круто! Жаль, что нам нельзя.
Круто. Он понятия не имел.
Гермиона пыталась «помочь» по-своему — предлагала составить для меня график занятий, рекомендовала книги по снятию стресса. Ее правильность и неспособность видеть дальше своего носа раздражали неимоверно. Я не мог им ничего объяснить. Они бы не поверили. Или, что еще хуже, попытались бы вмешаться и только все испортили. Я был один в этой войне.
Дни летели с пугающей скоростью. Прибыли делегации из Шармбатона и Дурмстранга. Я снова видел Крама, Флер. Все шло по накатанной колее, и это вызывало глухое отчаяние. Я был как актер в пьесе с известным финалом, но отчаянно пытающийся изменить свои реплики и действия.
Кубок Огня был установлен в вестибюле. Возрастная линия сияла золотом. Я обходил это место десятой дорогой, но чувствовал его притяжение, как черная дыра, готовая поглотить меня.
В ночь перед Хэллоуином я почти не спал. Я снова и снова прокручивал в голове план действий. Я должен был быть готов. Я спрятал под мантию несколько дымовых шашек, купленных у Фреда и Джорджа — на всякий случай, для отвлечения внимания. Моя палочка была наготове в рукаве, а не во внутреннем кармане.
Вечер Хэллоуина. Большой Зал. Тот же пир, те же лица. Дамблдор. Бэгмен. Крауч-старший. И Муди, его магический глаз впился в меня с самого начала ужина. Я старался не встречаться с ним взглядом, но чувствовал его внимание каждой клеткой кожи.
— Итак, момент настал! — слова Дамблдора прозвучали как приговор.
Чемпион Дурмстранга — Виктор Крам.
Чемпионка Шармбатона — Флер Делакур.
Чемпион Хогвартса — Седрик Диггори.
Я затаил дыхание. Сейчас. Сейчас все начнется.
Пламя в Кубке снова вспыхнуло. Четвертый кусок пергамента. Дамблдор поймал его. Его лицо. Тот же шок, тот же ужас. Его взгляд нашел меня в толпе.
— Гарри Поттер.
Тишина. А затем гул. Но я не стал ждать.
— Я НЕ БРОСАЛ СВОЕ ИМЯ В КУБОК! — закричал я так громко, как только мог, вскакивая на ноги. Мой голос сорвался, но это было неважно. — ЭТО ПОДСТАВА! Я ТРЕБУЮ РАССЛЕДОВАНИЯ! МНЕ НЕТ СЕМНАДЦАТИ!
Я видел шокированные лица однокурсников, преподавателей. Дамблдор выглядел ошеломленным.
