Раздался гонг, возвещающий о начале боя. Теодорих сразу пошёл на Меннона. Тот просто стоял и ждал подхода противника. Теодорих провёл атаку, попробовав нанести удары с разных сторон и плоскостей. Свистящий меч летел то в правый бок Меннона, то, смещаясь, летел в голову Меннона… Но меч Меннона перехватывал все эти свистящие дуги ударов Теодориха, отражая их. Тогда Теодорих разнообразил нападение, добавив атаки разных уровней и стараясь попасть по раненой ноге противника. Но и эти удары непременно парировались мечом Меннона, который довольствовался пока что только отражением несущихся на него ударов, не атакуя сам. Теодорих, видя свои неудачные атаки, добавил в атаки движения перемещений, надеясь, что это заставит испытывать противника какие-либо неудобства, если брать в расчёт раненую ногу противника. Но Меннон сам вдруг обрушился на Теодориха, заставляя того пятится по арене. Мечи в руках сражающихся выписывали невероятные всполохи, находя в полёте друг друга, и осыпались снопом искры при каждой встрече. Вдруг один из ударов Меннона достиг ноги Теодориха, и галл отскочил в сторону, прикрываясь щитом. Ему явно была нанесена травма. Он снова постарался сделать шаг в сторону Меннона, но всему Акрополису стало ясно, что это вызывает в ноге острую боль. Меннон же как ни в чём не бывало не усилил и не убыстрил свои атаки, как поступил бы тот же Теодорих, если бы такая ситуация возникла с Менноном. Он с тем же ритмом атаковал Теодориха, стараясь поразить его в голову, но тот неизменно отражал эти удары. Но тут Меннон, резко присев, нанёс удар ещё раз в то же самое место, куда нанёс травму перед этим! Теодорих с неестественно подогнувшейся ногой рухнул на землю, не в силах больше продолжать бой. Все поняли, что Теодориху просто переломили ногу, дважды поразив одно и то же место. Он схватился за ногу, скрипя от боли зубами…
Меннон не спеша пошёл с арены.
Трибуны аплодировали. Никому неизвестный ливиец оказался непростым и непредсказуемым. Он обладал скоростью и огромной силой удара, способной переломить ногу через поножи.
— Ну, что вы теперь скажете насчёт победителя турнира? — улыбаясь, обратился родосец, повернувшись к представителю фараона.
Тот молчал. Многим зрителям не понравилось, что Меннон не открылся в начале турнира и предпочёл быть серой мышью до финала турнира. Главный распорядитель объявил перерыв перед главным боем.
Вот тут Карталон вновь увидел Отона, встречавшего Меннона у арены.
— Скажи, уважаемый царь Акрон, — обратился он к правителю острова, — кто вон тот человек в белой одежде, который стоит около Меннона?
В это время Отон подошёл к Аристоклу и начал с ним о чём-то беседовать…
— Это один из представителей Киренаики, прибывший на турнир, — ответил Акрон, после того как понял, о ком спрашивает его Карталон.
«Вот как! Теперь он представитель Киренаики?! Значит, они что-то запланировали здесь. Но что? И кто ему Меннон? Или он просто подошёл к нему и пытается нанять его, переманить на службу в Касту! Каста выискивает своих приверженцев, но больше доверяет своим, подготовленным! А может, Меннон и есть их, подготовленный? Они что, решили проверять их готовность в турнирах? — Карталон не нашёл ответа на свои вопросы, но предчувствие чего-то плохого не покидало его. Он повернулся к Сибилле:
— Сибилла, ты не должна отходить от царя ни на шаг, если мне вдруг придётся отойти! Это очень важно! — Карталон посмотрел на неё ласково и требовательно.
— А что случилось? — Сибилла почувствовала напряжение в его голосе, как он его ни скрывал.
— Ничего не случилось и не случится, если ты будешь всё правильно делать! — Карталон опять обводил глазами окружающих. — Но я встретил одного старого знакомого, которого мне, может быть, придётся повидать. Именно поэтому я могу отлучиться! Ты должна оставаться на месте. Так ты сделаешь, как я сказал? — ещё раз переспросил её Карталон.
— Хорошо! Я буду с царём, как ты сказал! — уверила его Сибилла. — Но я же могу пойти с нашими людьми?
— Нет! — резко отреагировал Карталон. — Ни с кем! За тобой приду я! Только я! Или Тоган! Запомни, Сибилла! Кто бы ни пришёл от моего имени, ты остаёшься с царём! Теперь всё поняла?
— Да! Ты что, сейчас уходишь? — Сибилла была в недоумении.
— Нет, Сибилла. Но может статься, что я уйду внезапно, не предупредив тебя! Тогда делай всё так, как я тебе говорил!
Сибилла прижалась к нему головой. Сердце Карталона билось учащённо, как после бега. Не расспрашивая более, она оставила голову у него на груди…
Карталон чувствовал запах разнотравья от её волос. Сибилла чем-то напоминала ему его мать — такой же очень внимательный взгляд и тяга ко всему неизведанному.
В это время прозвучал сигнал труб, вызывающий на арену Акрополиса последних состязающихся финалистов. Через минуту Аристокл и Меннон стояли друг против друга, заняв центр арены. Раздался гонг.
Меннон стоял и смотрел на афинянина смеющимся взглядом.
