Поначалу новость всех порадовала. Человек, которого он нашёл, не лез в творческий процесс и ограничивался только коммерческой стороной. Ему очень понравилось, что двое из трёх гитаристов параллельно играют на аккомпонементе у Нины – так звали девушку, работа с которой обеспечила ребятам доступ к студии.
– Получится отличный совместный проект, – постановил он. В Нину к тому времени уже вкладывались приличные деньги, её карьера двигалась куда быстрей, и Виталий решил пристроить всю «Агонию» в полном составе к Нине на разогрев.
От этой идеи Илью трясло. Но он молчал, потому что был согласен с тем, что нужно начинать выступать – иначе воз так и не двинется с места.
Однако, уже с первых концертов Стив и Рафаэль сказали, что абсолютно не хотят повторить этот опыт. Сказали они об этом Илье, предоставив ему самому доносить информацию до продюсера. Илья только напомнил, что метаться поздно – контракт оформлен до конца года.
Это на некоторое время оттянуло конфликт, но и близко его не разрешило.
В мае был скомпанован список песен, которые войдут в новый альбом.
Просмотрев его, Кира была, мягко говоря, удивлена. Она тут же, вместе со списком, текстами и нотами, отправилась домой к Илье и, поймав его у подъезда – Кира, к тому времени, уже хорошо знала его график – спросила:
– А где твои?
– А моих нет, – коротко ответил Илья и покосился на подъезд, куда, очевидно, собирался сбежать.
– Как это нет?! Я же слушала у тебя… Хотя бы «Грозу»!
– Моих песен на альбоме не будет, – по слогам повторил Илья. И на полтона мягче добавил. – А «Грозу» Раф и Стив играть отказались. Сказали, не подходит под концепт.
Кира подвисла.
– Мне до сих пор казалось, концепты определяешь ты.
– Ну, ты ошиблась, – Илья равнодушно пожал плечами, но в голосе его слышался едва сдерживаемый яд. – Теперь мы будем голосовать.
Кира склонила голову.
– Так песни утверждали голосованием? Тогда почему без меня?
– Ты была занята. Экзамены сдавала.
Повисла тишина.
– Мне жаль… – растеряно произнесла Кира.
– Нифига тебе не жаль! – взорвался Илья. – Да и какая разница, Кира, была ты там или нет?! Всё равно было бы четыре против двоих!
Записывать материал для нового альбома Кире было неуютно.
Она ещё подошла к Рафу с предложением всё-таки поменять список и вставить туда хотя бы одну композицию Ильи, но тот наотрез отказался, заявив, что, во-первых, у Ильи нет текста, во-вторых, весь список уже ушёл на утверждение к продюсеру.
Кира знала Рафа не так давно, как Илья, и общалась с ним не так тесно, как с Ильёй. Она чувствовала, что никакого влияния на этого человека у неё нет, но именно потому, что видела ситуацию со стороны, начала подозревать, что это решение вряд ли исходит от Рафа. До появления Киры они с Ильёй в группе были самыми тесными соратниками, и если только не рассматривать вариант, что Раф был недоволен приходом Киры – а с этим предположением ничего не складывалось, потому что Раф сам же её и предложил, и потому что, в ходе эпопеи с записью второго альбома, никак не проявил своё недовольство лично Кирой.
Кира подозревала, что Илья вообще откажется участвовать в записи на таких условиях – но тот исправно приходил в студию, отыгрывал свою часть и, ни с кем не разговаривая, уходил.
Теперь все проекты обсуждались без него, а если он и присутствовал, то молчал. Кира сильно подозревала, что это затишье мнимое. Илья не походил на человека, который согласится играть по чужим правилам. И то, что в группу он пришёл не для того, чтобы молча играть чужие песни, тоже было ясно как день.
Кира пока не могла сказать, что песни, предложенные Рафом и Стивом, были хуже тех, что писал Илья. Хотя тексты по-прежнему не слишком её радовали, в целом они были в рамках того, чего она ожидала от участия в молодой группе. Кире, скорее, просто было неловко от того, что она пришла в проект Ильи, а теперь, вместе с остальными его участниками, занимается чем-то совсем другим. Впрочем, молчаливый отход Ильи от дел как будто бы не беспокоил никого, кроме неё.
Из всех новых композиций Кире по-настоящему понравилась только одна – это была единственная баллада в альбоме, и называлась она «Одиночество».
Её, в отличие от остальных песен, Кира подолгу напевала дома, за пианино, старательно отрабатывая каждый переход. Ей впервые нравился текст, но сказав об этом Стиву, она получила в ответ только мрачный взгляд и невнятное хмыканье – а Дима, хохотнув, ответил, что эту единственную песню писал не Стив.
– Это девочка, я с ней вместе учусь, – сказал он.
У Киры глаза поползли на лоб, ей стало немного неловко от того, что она так высоко оценила песню, написанную девушкой, но, к её удивлению, Илья тут же, впервые за день, вмешался в разговор и спросил:
– Познакомишь?
В сердце Киры, почему-то, мгновенно вспыхнула злость, но она промолчала, решив порадоваться тому, что Илья вообще, в кои-то веки, проявил к чему-то интерес. «Даже если это просто чья-то знакомая девушка», – мрачно думала она. И тут же спрашивала себя: «Почему меня должно беспокоить, что он заинтересовался какой-то девушкой?»