К концу июня Кира радостно внесла первый взнос за новое жильё. Квартирка была небольшой и располагалась в не самом выгодном месте, но мысль о том, что теперь им с Ильёй не придётся друг друга провожать, не придётся ждать у подъездов… Теперь они просто будут рядом круглые сутки… Эта мысль согревала её, затмевая все остальные обстоятельства.
Прижиться на новом месте никто из них, впрочем, не успел. С подачи нового продюсера на первые числа июля было намечено начало турне, в которое они всей командой должны были отправляться вместе с Ниной и двумя другими её музыкантами: кроме общих гитаристов, у неё были свой клавишник и скрипка. Турне, по большей части, организовывалось её спонсорами и для неё, но продюсер выбил парням большой кусок времени на разогреве. Идея в группе вызвала массу противоречивых эмоций, и впервые с начала года Илья в чём-то согласился с Рафом: а именно, в том, что затея эта – полная хрень.
– Да бросьте, – говорила Кира. – Проветримся и денег заработаем. А к тому же, надо с чего-то начинать. Нельзя годами сидеть в своём гараже и беречь свои музыкальные предпочтения пуще, чем девственность.
На этих словах Илья посмотрел на неё как-то странно, зато Дима поддержал:
– Я согласен. Пока других вариантов у нас нет. Альбом мы записали – но кто его нахрен купит без концертов? Его, к слову, можно самим на концертах и продавать. Заодно, в дороге обкатаем новый материал.
Стив промолчал, голоса разделились два на два, но голосовать было вообще бесполезно – потому что контракт требовал делать, что говорят.
Первый ажиотаж от турне прошёл довольно быстро – даже у Киры. Во-первых, она из всех в группе наиболее привыкла к приличным жилищным условиям. У неё всегда была своя комната, и тот факт, что в поездке им приходилось спать в общем номере вшестером, больно ударило по её творческому потенциалу. Тут было негде не то что репетировать с пианино, даже распеваться. Миха каждый вечер зависал с девочками и приходил в номер, пошатываясь. Илья сутками наигрывал что-то на гитаре, не обращая внимания ни на кого из соседей. Казалось, ему одному наплевать на удобства.
Техническими неурядицами проблемы не исчерпывались. Аудитория, которая приходила на Нину с её скрипкой, очень странно смотрела на парней, пытавшихся играть хэви на разогреве. Впрочем, уже на третьем концерте оказалось, что в зале всё больше парней в косухах, которые смываются после первого «акта». Нина была недовольна. Её спонсор был недоволен. Илья, Раф и Кира были недовольны. Их продюсер вообще никак не показывал своих мыслей насчёт происходящего.
В середине августа, когда до окончания турне оставалось две недели, Раф, Стив, Дима и Миша заявили, что собираются уходить.
Откровенно говоря, потом, просматривая материал ко второму альбому, Кира начинала думать, что этот раскол зрел уже давно. Больше половины песен, заготовленных для нового альбома, так или иначе касались темы «Пора прощаться с прошлым», «Иди своей дорогой» и «Пошли все нахрен, а в особенности те, кто чего-то от тебя требует». Все тексты, кроме того единственного, раздобытого Димой у однокурсницы, писал Стив.
С другой стороны, обдумывая произошедшее, Кира не могла понять, откуда растут корни у этого решения. Изначально, Рафа вполне устраивала музыка, которую предлагал ему Илья. Дима всегда молчал, но его обычно интересовал реальный практический результат, а как казалось Кире, группа медленно, но верно поднималась вверх. У них уже появлялись свои фанаты, причём количество этих фанатов явно превышало число распроданных дисков. Они начинали получать от музыки первые заработки, хотя суммы пока и были заметно меньше чем то, что платили Кире в «Витражах». Одним словом, с точки зрения Киры, прагматичный Дима должен был видеть все преимущества ситуации.
Миха вообще никогда не говорил о том, что ему что-то не нравилось. Но, с другой стороны, и после того, как пошли разговоры об уходе, Миха не особенно их поддерживал. А что думал обо всём этом Стив, Кира не знала, потому что с самого начала мало с ним общалась. Стив никогда не нравился Илье, а Кира дорожила расположением Ильи и предпочитала его общество любому другому.
Однажды, в середине августа, когда группа выгружалась из автобуса в очередном городе, Раф отозвал Киру в сторону и сказал:
– Мы собираемся уходить.
– Эм… куда? – растеряно поинтересовалась та.
– От Дашкова.
«Дашков» была фамилия продюсера, которого некоторое время назад подыскал им Дима.
– А контракт? – спросила Кира растеряно.
– Димка нашёл в нём зазоры. Можно предъявить Дашкову претензии, что он не выполняет условия со своей стороны.
– Так… – всё так же не понимая, что происходит, протянула Кира.
– Ты с нами или нет? – спросил Раф.
Будь Кира на пятнадцать лет старше, она, наверное, спросила бы, кто это «мы». Но в тот момент, несмотря на все конфликты, группа казалась ей нерушимым братством.