Вики куснула нижнюю губу, машинально выпятив грудь настолько, насколько это позволила форменная одежда служанки.
— Может быть, мне с ней поговорить?
Максвелл понизил голос до едва слышного шепота.
— Возвращайся назад и занимайся тем, чем тебе положено заниматься. И больше не надоедай мне.
— Нет ничего странного в том, что служанка разговаривает с официантом.
— Смойся, пока ты все не испортила.
Вики неохотно отошла. Между ней и Максвеллом ничего не было, но ей определенно не хотелось уступать возможную добычу какой-то сучке. У нее были свои планы относительно Максвелла Сицили.
Уходя, Вики лицом к лицу столкнулась с Томом, который уже почти превратился в ее личного телохранителя.
— Что ты здесь делаешь? — спросил он.
Призывно облизнув губы, Вики слегка тронула его за руку.
— Тебя ищу, милый.
Тому понравился такой ответ. Давно уже женщины не оказывали ему подобного внимания.
— Ну что ж, — радостно ответил он, — вот и нашла.
— Попозже я взаправду найду тебя, — прозрачно намекнула Вики.
Осмелев, Том погладил ее по заду.
— А с кем это ты разговаривала?
— Когда?
— Да только что.
— Разве я с кем-то разговаривала? — Вики состроила невинную мину.
— С мужчиной.
— А, ты про этого. Какой-то итальяшка-официант спросил дорогу.
— Куда ему нужно?
— В туалет. — Вики громко рассмеялась. — Разве я похожа на справочное бюро?
— Ты выглядишь очень аппетитно. — Том вылупил глаза.
— Не пропадай, — Викки подмигнула, — я разыщу тебя позже, милый.
— Добро пожаловать в Новарон, моя дорогая, — произнес Маркус Ситроен, в старомодной манере склонился к руке Рафиллы и поцеловал ее. Он сделал небрежный жест в сторону Труди: „Ты можешь идти“.
— Маркус, это Труди, — быстро вмешалась Рафилла, — она работает у тебя.
— Занимаюсь связями с общественностью. — Труди протянула руку, чтобы поздороваться с хозяином, которого встречала довольно редко, а уж он-то точно не помнил ее. — Я обеспечивала последнее турне Дела Дельгардо.
— Вот как? — Маркуса это совершенно не интересовало.
— Я слышала, что вы остались довольны моей работой.
— Да, разумеется. Вы до сих пор еще работаете на меня, не так ли? — равнодушно поинтересовался он.
— Труди собралась проводить меня на встречу с журналистами, — заявила Рафилла, поспешно поднимаясь с кровати. — И нам уже пора идти.
— Гм… да, — подхватила Труди, мгновенно все поняв. — Я знаю, что пластинки распродаются прекрасно, но лишняя реклама никому не повредит. Не так ли, мистер Ситроен?
Маркус с трудом сдержал раздражение.
— Сейчас я хотел бы поговорить с Рафиллой. С журналистами она сможет встретиться и позднее.
— Ничего не получится. — Труди понимала смысл ведущейся здесь игры, и ей доставляло удовольствие хоть раз осадить Маркуса Ситроена. — В пять часов дает пресс-конференцию губернатор Хайленд. — Она взглянула на часы. — О, значит, нам остается двадцать пять минут, чтобы ответить на вопросы, на которые вы, Рафилла, раз восемьсот уже отвечали, не так ли? Но ничего не поделаешь, таков великий старый мир шоу-бизнеса.
Счастливая Рафилла схватила сумочку, оглядела в зеркало прическу и макияж.
Маркус был в ярости, но тщательно скрывал свой гнев — он не хотел, чтобы эта бойкая на язык девица по связям с общественностью рассказывала потом об этом инциденте.
— Тогда увидимся позже, — решительно заявил он. — У тебя есть все необходимое?
— Да, спасибо, Маркус, — поблагодарила Рафилла и поспешила за Труди.
Маркус Ситроен подождал несколько минут, оглядывая комнату. Наверное, он сошел с ума, раз теряет столько времени на эту девушку. Да что это с ним? Ведь он же Маркус Ситроен. Он может иметь любую женщину, какую только пожелает.
И все же… было в ней что-то особенное, в ее наклоне головы, в ее походке, и все это просто непременно должно принадлежать ему.
Неужели она надеется, что сможет ускользнуть от него? Неужели считает его полным идиотом?
Да она еще просто очень молода! Рафилле многому предстоит научиться. И он научит ее!
Да, со временем он научит ее всему.
Вот уже два года группа имела название „Крис Феникс и Дикари“.
И все это время шла война между Крисом и Базом.
И все это время группа под руководством Криса постоянно поднималась к новым вершинам славы.
Но напряжение усиливалось, росли эгоистические амбиции. Жестокие споры стали повседневным явлением.
Доктору Хеду с большим трудом удавалось еще как-то удерживать группу вместе. Каждый был готов уйти и выступать самостоятельно, но Хед терпеливо разъяснял, что они, „Дикари“, — одна из лучших рок-групп в мире и их распад будет чистым безумием.
Всю эту сумасшедшую обстановку усугубляло еще и то, что Баз недавно связался со знаменитой Микки — Мишель Ханли-Богарт, которая только что порвала с Делом Дельгардо, а эта связь продолжалась почти два года.
Крис до сих пор испытывал легкую обиду за то, как она обошлась с ним, поэтому ее теперешние постоянные появления вместе с Базом отнюдь не улучшали обстановку в группе.
