— Нет, идем, милый. Ты что, забыл? Арни устраивает большую вечеринку на пляже.
Очередная вечеринка. Снова попусту потраченное время. А ведь все уже, наверное, прочитали заметку в „Роллинг стоун“, о которой ему не хотелось думать. Пошли все к черту! Почему это его должно волновать? Они помнят только его фотографию на обложке. Очередная обложка. Очередная слава. А все-таки он симпатичный сукин сын…
Да, мистер „Соул Суперзвезда“ — симпатичный сукин сын…
Ну и что, черт побери?
Женщины всегда липли к нему. Это факт. Они улыбались и старались сохранить спокойствие, но, как однажды подметила Зелла: „Милый, да у них у всех их кружевные трусики мокрые, и не слушай чушь, которую они несут“.
Символ секса.
Темнокожий символ секса.
Значит, символ вдвойне.
— Здесь довольно часто бывают сильные штормы, — сказала красивая женщина, на пальце у которой сверкал бриллиант размером с желудь. — Но мы никогда не продадим свой дом.
— Не продадите, да? — буркнул слегка покачивающийся Бобби.
— Никогда, — подтвердила женщина, пристально глядя на него. — Малибу — это самое лучшее место.
Она набивается? Хочет его?
О да, он чувствовал, что это так.
— Бобби, дорогой! — подлетела с приветствиями Поппи Соломан, энергичная жена директора студии. — Очень рада тебя видеть вновь. Спасибо, спасибо, что посетил мой благотворительный вечер. Все были просто в восторге.
И она его хочет? Тоже готова?
Ему стоит только сказать „да“.
Бобби посмотрел на Зеллу, шедшую рядом. Сыграв злодейку в фильме типа „Рэмбо“, она стала кинозвездой и теперь с удовольствием играла как на экране, так и в жизни.
По крайней мере, хоть кто-то счастлив.
— Эй, дружище, давно не виделись. Как дела?
Бобби обернулся и увидел старого друга Рокета. Все тот же старина Рокет с длинными, грязными волосами и в потрепанной одежде. Тот самый Рокет, который в прошлом году получил „Оскара“ за прекрасное исполнение главной роли в нашумевшем кинофильме о политической коррупции.
Бобби был рад ему, ведь они не виделись очень давно. Они дружески обнялись.
Красивая женщина с бриллиантом и жена директора студии с тревогой ожидали, когда их представят известному актеру, который, по слухам, обладал скверным характером и не отличался светской любезностью. Но так как Бобби не мог вспомнить, как зовут женщин, он не стал утруждать себя и знакомить их с Рокетом. Вместо этого он взял новый бокал с выпивкой и отошел вместе с Рокетом к плавательному бассейну.
— Ну посмотри на это, — сказал Рокет, широко разводя руки. — Зачем им нужен плавательный бассейн, когда у них под носом целый океан?
— Дружище, — Бобби пожал плечами, — это же шоу-бизнес. Надо соответствовать.
Рокет презрительно поморщился.
— Дурацкая философия. Почему бы им не отдать свои крупные деньжищи тем, кому они и принадлежат, — людям? — Достав из кармана помятую сигарету с травкой, Рокет закурил.
— А что ты делаешь в Лос-Анджелесе? — спросил Бобби. — Я всегда думал, что ты ненавидишь этот город.
— Новый фильм. Правдивая история о наркомане из Голливуда, который растрачивает свою жизнь. Парень обладает огромной мужской силой и трахает всех подряд.
— Тебе близки такие роли, а?
— Многие из присутствующих здесь похожи на этих героев. — Рокет протянул Бобби дымящуюся сигарету, но тот отказался. — Ах, я и забыл, ведь это не для тебя, не так ли?
— Я бы предпочел чего-нибудь посильнее, если у тебя есть.
Рокет удивленно вскинул бровь.
— А я и за миллион не притронусь к подобной отраве.
Почему он в присутствии Рокета всегда чувствовал себя неудачником? Ведь он такой знаменитый, каким его друг-актер никогда не станет. Или станет?
— Ты видел меня на обложке „Роллинг стоун“? — неожиданно для самого себя спросил Бобби.
— Зачем тебе нужна эта чепуха? — Голос Рокета был полон презрения. — Да они просто вертят тобой как хотят, я не вижу в этом для тебя никакого смысла. Советую: поступай, как я. Никакой прессы. Никакого прочего дерьма. Ничего лишнего.
Бобби хотел было возразить, но перед ними возникла Зелла. Она, словно блестящая змейка, начала увиваться вокруг Рокета.
И Бобби оставил их вдвоем. Хватит с него Рокета и его пренебрежительного отношения. Да что этот поросенок возомнил о себе?
В ванной он нашел компанию, нюхавшую кокаин, и присоединился к ней.
Наплевать! На самом деле ничто для него не имело значения. Быть звездой — это значит никогда никому ничего не объяснять.
Может быть, идея переспать с миссис Ситроен и не была самой грандиозной, но Крис все же осуществил ее. Всего один раз, и больше не возвращался к этому.
Крис даже почувствовал угрызение совести, что бывало очень редко, но все же решил, что его вины тут нет. В конце концов, что он мог поделать, когда жена его нового босса появилась перед ним только в туфлях на высокой шпильке и с ледяной улыбкой на губах? Сказать: „Нет, нет, спасибо, извините“. Но это было бы просто невежливо, особенно после того, как она устроила обед в его честь и усадила рядом одного из самых толковых менеджеров музыкального бизнеса.
Но того раза было вполне достаточно, премного благодарен. Крис сразу понял, что она за штучка.
