Однажды, когда генерал уже чувствовал себя лучше, но ещё не вставал, к нему в палату пришла Валентина Васильевна Серова. В госпиталь знаменитая артистка приехала с концертной группой. И её попросили выступить перед раненым генералом, порадовать его, томящегося в одиночестве, своим ярким искусством. Выступление закончилось знакомством и выражением взаимных симпатий. Учитывая темперамент Серовой, простое знакомство, как вскоре стало очевидным, угрожало перерасти в нечто большее.
Биографы Валентины Серовой говорят о том, что первая же встреча с генералом, его выразительные голубые глаза и высокая культура, сквозившая и в жестах, и в манере вести беседу, сразили пылкое сердце актрисы.
В тот же вечер она объявила своему гражданскому мужу, поэту и военному журналисту Константину Симонову, что полюбила другого.
Впоследствии свою бурную фантазию она трансформировала в миф тайной любви актрисы и генерала. Миф подхватила публика, мгновенно растиражировала его в различных вариациях и версиях. Так была создана легенда, которая постепенно стала апокрифом. И теперь в той истории, пожалуй, уже невозможно правду отделить от вымысла.
Валентина Серова – третья блондинка, как называли её в артистических кругах (после Любови Орловой и Марины Ладыниной), – до войны снялась в нескольких фильмах и сразу стала любимицей публики. Её героини – пылкие, жизнерадостные красавицы, излучающие любовь и доброту. Первый муж актрисы, «сталинский сокол» Анатолий Серов, погиб в 1939 году во время испытаний нового самолёта. После гибели мужа, которого Серова, кажется, будет любить всю жизнь, она станет частой гостьей так называемых «кремлёвских посиделок». Иногда во время правительственных приёмов вождь сажал её и вдову Валерия Чкалова Ольгу Эразмовну рядом с собой. Однажды во время очередной встречи в Кремле, улучив момент, Серова обратилась к Сталину с просьбой «предоставить ей новую квартиру вместо той, в которую она с Анатолием въехала незадолго до его гибели». Просьба Серовой была тут же удовлетворена – ей предоставили пятикомнатную квартиру в Лубянском проезде, где совсем недавно жила семья маршала А. И. Егорова, расстрелянного в 1939 году во время Большого террора. Вскоре она познакомилась с молодым поэтом и драматургом Константином Симоновым. Завязался роман. Впрочем, девушка с характером лишь снисходительно принимала любовь Симонова.
И вот весной 1942 года в её сердце вспыхнуло новое чувство. Серова зачастила в Тимирязевку. Рокоссовский же, догадавшись о причине частых появлений третьей блондинки Советского Союза в своей палате, после безуспешных переговоров выставил у дверей караул: буквально приказал дежурным больше не пускать к нему актрису.
По другим версиям, их встречи продолжались. И якобы генерал даже подарил Серовой часики с гравировкой: «ВВС от РКК». И, выписавшись из госпиталя, жил у неё в московской квартире несколько дней.
Конечно, сплетни и легенды на пустом месте не появляются. Звезда киноэкрана и красавец генерал, спаситель Москвы. Какой сюжет! Какая интрига! Жизнь, конечно же, талантливее и мощнее всех драматургов и режиссёров, сценаристов и актёров.
Но генерал оказался из другого теста. Да и блондинка у него уже была. Ждала в Сухиничах. Переживала за его здоровье. Посылала письма с офицерами, которые навещали своего командующего в тихом тылу, в лиственничных аллеях.
Дочь Валентины Серовой и Константина Симонова Мария Кирилловна[72] писала, что между её матерью и Рокоссовским «не было романа».
Роман-то был, но, скорее всего, это был роман-фэнтези, придуманный романтичной актрисой. Часть сюжета подарила война.
Шофёр Рокоссовского Сергей Иванович Мозжухин все дни, пока командующего возвращали с того света, а потом ставили на ноги, неотлучно находился рядом. Именно ему легенды приписывали роль ямщика, привозившего Серову в Тимирязевку на свидания. Константин Вильевич Рокоссовский, которому уже много лет приходится снимать, как говорится, «с вороту брань», в одном из интервью сказал: «Сергей Иванович Мозжухин… никогда не привозил Серову к Рокоссовскому. Он рассказал мне другую историю: в день знакомства Серова пригласила Рокоссовского в Большой театр, разумеется, когда он пойдёт на поправку. Деду это было приятно, что греха таить, всё-таки известная актриса! И спустя какое-то время они туда действительно поехали. В театр они зашли вдвоём с водителем, со служебного входа, нашли указанную в пропуске ложу. Серова села рядом с Рокоссовским. На неожиданную пару, разумеется, смотрел весь зал, и генералу стало неудобно под пристальными взглядами театральной элиты. Кончился спектакль. Из театра Рокоссовский вышел вместе с Сергеем Ивановичем. Сел в машину и вернулся в госпиталь. И пошли по Москве слухи…»
