– Но может мы отметим это событие прямо сейчас в ресторане? – вставая с колена спросил Дементьев.
– О нет, нет! – усмехнулась Катя. – Я не хочу, чтобы мои бывшие поклонники (она сделала сильный акцент на слово – бывшие), да и ваши «доброжелатели», забросали нас камнями. Наоборот, мне кажется, было бы неплохо на какое-то время и вовсе исчезнуть из поля их зрения, лишив возможности докучать нам своими визитами. Что скажите дорогой мой?
Перечить ей, после того как она впервые обратилась к нему со словами – дорогой мой, Дементьев не посмел, тем более что её предложение он счёл довольно прозорливым. По этому поводу в его голове мелькнула интересная мысль, но тут вбежала Палаша.
– Екатерина Степановна, я не ослышалась, вы выходите замуж? – радостно затараторила служанка, от волнения теребя на себе краешки белоснежного фартука.
– Не ослышалась, не ослышалась. А шампанское то где?
– Сейчас, сейчас, сию секунду.
Стоя друг перед другом, они медленно пили шампанское из высоких хрустальных бокалов. Осушив их до дна, жених с наслаждением поцеловал невесте руку, и они вместе сели на диван.
– Так как вам идея, по поводу нашего исчезновения? – спросила Катя, чем вернула Дементьева «с небес на землю», поскольку от счастья тот всё еще прибывал в лёгком забытье.
– О да, конечно! Это хорошая идея. Я предложил бы поехать …
Но не дослушав его, Катя решила озвучить свою мечту.
– За границу! И непременно во Францию! В Париж! Я очень хочу там побывать, это моя мечта!
На самом деле, Дементьев хотел предложить ей поселиться не далеко от Петербурга, в прекрасной усадьбе, которая на днях отошла ему за неуплату долга, по долговой расписке. Но зная о том, что судебное разбирательство по поводу его развода, на которое ответчики обязаны являться лично, начнётся не ранее чем через два-три месяца, Александр Васильевич, решил осуществить мечту своей невесты.
– Ну что ж, почему бы и нет. В Париж так в Париж! Вы довольны?
Катя была счастлива! По этому поводу она предложила ещё выпить шампанского, и когда бокалы были наполнены сказала тост.
– Я поднимаю этот бокал за то, чтобы наши мечты всегда сбывались!
Покидая невесту, Дементьев пообещал сообщить о дате их отъезда сразу, как только ему удастся разобраться с делами.
Глава XXXVI
Дементьев уехал от Кати в восьмом часу вечера. Город погружался в темноту и лёгкий ветер, срывая с деревьев осеннюю пожелтевшую листву, игрался ей гоняя по тротуарам. Если бы сейчас кто из знакомых видел Александра Васильевича, то обязательно спросил его.
– Что с вами? Вы на себя не похожи.
И этот вопрос был бы вполне уместен, поскольку сейчас он действительно ощущал себя совсем по-иному, нежели обычно. От него, всегда серьёзного, сдержанного и делового, не осталось и следа. Он сиял, он улыбался, чувствуя себя помолодевшим, полным сил и любви! Предвкушая момент скорой близости с Катей, Александр Васильевич представил её в своих объятиях, и даже позволил немного пофантазировать на эту тему, как вдруг, ему вспомнился случай годичной давности, произошедший в доме князя Усатова, на приёме гостей в честь именин его жены Ольги Михайловны.
В тот вечер после застолья группа мужчин разговаривая меж собой за игральным столом, сошлась во мнении, что на сегодняшнем приёме отсутствует несколько именитых членов их общества, которые непременно должны были быть здесь. И тогда, желая обсудить эту тему, один из игроков, находящийся уже в приличном подпитии, с огромным сожалением в голосе сказал.
– Эх, господа… Сегодня в Петербурге празднуются ещё одни именины, у Кати. Я уверен, они все там, у неё.
– Да как вам не совестно сударь, утверждать такое! – возмутился граф Потоцкий, место которого в семейной иерархии значилось как подкаблучник.
– А вот представьте себе граф, что ну нисколечко не совестно, и ежели желаете, могу объяснить почему.
Я был женат трижды, но к своему сожалению, такого блаженства как с Кати, не испытал ни с одной из жён. Царствие им небесное.
После последней фразы он лениво перекрестился, не отводя взгляда от карт, держащих в руках, и тяжело вздохнув продолжил говорить.
– Наши жёны – бесчувственные куклы, под названием светские дамы, а она – женщина. И не просто женщина – она богиня, которой нет равных не только в постели. Кто имел с ней беседу, тот это знает наверняка.
Затем он встал, бросил на стол карты и покинул комнату.
