— Нет. Но я уверена, что очень скоро его поймают, — окинув Луизу взглядом сверху вниз, Кэтрин раздраженно наблюдала за спокойно вышивающей девушкой. — Говорят, что лучшие охотники и следопыты взялись за его поиски.
Звуки трущейся о ткань нитки становились подобны леске, режущей уши. Стиснув зубы и перебирая пальцами, Кэтрин пыталась сдерживать стремительно растущую раздражительность. Ее нога непроизвольно начала дергаться. Напряжение нарастало и в итоге, не сдержавшись, Кэтрин крикнула: «Ты можешь перестать это делать?!» Бедная Луиза от испуга подскочила на месте и не заметила, как проткнула себе палец иголкой.
— Что на тебя нашло? — не понимая причину столь резкой вспышки агрессии у своей подруги, спросила Луиза. А у Кэтрин уже почернели глаза и дыхание стало частым и тяжелым. Но она все же продолжала сдерживать себя. — Ну вот! Я проткнула себе палец. Дай мне что-нибудь, чтобы остановить кровь, — заметив у себя пораненный палец, попросила Луиза у сидящей, как статуя, Кэтрин, до которой дошел запах крови. Лицо ее стало превращаться в дьявольскую гримасу. И это уже было не остановить, «механизм» был запущен. Когда Луиза встала в поисках бинта, ее взгляд упал на Кэтрин. Увидев перед собой чудовище, она смогла произнести лишь одно: — Что с твоим лицом? — и в ту же минуту душераздирающий вопль Луизы разнесся по дому. Кэтрин напала на нее. Потом перегрызла всех, кто находился в доме.
Луиза очнулась на улице. Была уже довольно глубокая ночь. Ее голова раскалывалась от отдалённых криков людей, и ужасное, растущее чувство голода сопровождало все это. Вдруг послышался знакомый голос. Какая-то женщина помогла Луизе привстать. Это была Кэтрин.
— Вставай. Нечего валяться. Вот так, хорошо. Скоро зрители подтянутся, а ты еще не готова, — сказала она, увидев вдали горящие факелы разъяренной толпы, довольно быстро приближающейся к ним. Подговоренный Кэтрин мальчишка позвал их сюда, сказав, что зверь снова напал. Она притащила обращенную Луизу во двор и разбросала вокруг нее тела убитых людей. Луиза не понимала, что с ней происходило. Увидев рядом подругу, она было обрадовалась, но ненадолго. Вспомнив, что Кэтрин превратилась в монстра и бросилась на нее, Луиза попыталась оттолкнуть ее, но была слишком слаба.
Вымазав лицо Луизы в крови, Кэтрин, словно жертва, стала звать на помощь.
— Спасите! Кто-нибудь! Я здесь! — у Луизы от вкуса и запаха крови изменилось лицо. Как девушка ни пыталась избежать этого, ничего не получалось, жажда взяла верх над ней. Поняв, что Кэтрин просто использует ее и гибель неминуема, Луиза захотела услышать причину столь жестокого поступка подруги.
— Зачем ты это делаешь? — сидя на земле среди растерзанных тел и измазанная в крови, сквозь слезы, в отчаянии спросила она.
— Что ж, я думаю, ты достойна того, чтобы я тебе поведала причину моей ненависти к тебе, — начала говорить Кэтрин, наслаждаясь беспомощностью бедной девушки, которая просто полюбила не того парня. Она смотрела на нее свысока, своим надменным острым взглядом. И наконец произнесла: — Ричард.
— Что? При чем здесь он? Вы что? Вы… — догадавшись, что Кэтрин с Ричардом знакомы, и смирившись со своей участью, Луиза все же решила дослушать Кэтрин до конца, и не делать глупых, заранее провальных попыток спастись.
— Ты просто оказалась не в то время не в том месте. Извини, но Ричард — моя игрушка на вечность. И я его никому не отдам.
Как только Кэтрин сказала это, тут же подбежали охотники и без промедления начали расправу с бедной Луизой. А Кэтрин увели в безопасное место. Но это не мешало ей наблюдать за гибелью невиновной девушки. Она стояла неподалеку, на холме. Ее плечи были закрыты пледом, который принес ей какой-то мальчишка, чтобы Кэтрин не испытывала холода той глубокой ночи. Она просто стояла и наблюдала за тем, как умирает «глоток свежего воздуха», так необходимый Ричарду.
Это было самым долгожданным событием года — Рождественский бал, который устраивался в шикарном поместье богатого предпринимателя Джозефа Ишервуда. Дамы и джентльмены приберегали для этого события все самое лучшее. Многие молодые леди после посещения этого бала вскоре весьма удачно выходили замуж. А молодые люди находили довольно престижную работу. И ажиотаж вокруг этого события начинался задолго до него. Дамы начинали обсуждать свои наряды на следующий бал, еще не успев покинуть поместье. Заказывали у лучших ювелиров и портных Лондона самые замысловатые и сложные наряды и драгоценности в надежде переплюнуть своих соперниц. Тем временем джентльмены не отставали от дам, заказывая у тех же ювелиров запонки из драгоценных металлов и камней. Шили на заказ у лучших портных фраки, до последнего перекраивали их, пытаясь достичь совершенства. За игрой в карты, на скачках или просто ужине то и дело пытались за разговорами предугадать результаты труда милых дам. Некоторые даже делали ставки на то, кто будет самой очаровательной в новом году, а кто потерпит фиаско.
