Скинув с себя остатки порочного сна, иду на кухню и возвращаюсь с прохладной мокрой тряпкой. Усаживаюсь рядом и перекладываю его голову к себе на колени. Слышу, как Рафаэль до хруста сжимает кулаки, пока его тело сотрясает крупная дрожь. У него явно горячка, и я никак не могу облегчить его состояние. Остается только прикладывать эту гребаную тряпку ко лбу. Вдобавок из-за кружащих в голове терзающих мыслей я совершенно не могу расслабиться. Но вскоре я чувствую, что постепенно погружаюсь обратно в сон. Прежде чем окончательно отрубиться, успеваю взять его за руку и сплести наши пальцы.
Просыпаюсь от расползающегося по коже жара. Пару мгновений спустя осознаю, что край майки задран вверх, и Рафаэль жесткими губами медленно скользит по моему животу. Твою мать! Внутри моментально собирается напряженный ком, заставляя внизу ощутить сладкую ноющую боль.
Однако все быстро заканчивается, когда я слышу сигнал подъехавшей машины. Рафаэль грязно ругается, а затем в дверь входят Балдо, Уго и Гектор.
Неловкая пауза прерывается, когда Балдо перехватывает перебинтованного Гектора и помогает ему добраться до кресла. Хоть он и выглядит потрепанным, можно смело сказать, что ему значительно лучше. И в какой-то степени мне это приносит своего рода облегчение. Потому что я не готова была его потерять. Сквозь сдавленное рычание телохранитель откидывается на спинку кресла, бросая пронизывающий взгляд на нас с Рафаэлем. Вспомнив, что моя майка задрана вверх, я тут же одергиваю ее, прикрывая оголенный живот. На мгновение снова воцаряется тишина, пока Росси со стоном не поднимается на ноги и не выходит из зала, оставляя меня одну.
Тепло, исходившее от лежащего на мне дьявола, сменяется на неприятный холод, который за секунду окутывает бедра, вынуждая меня поежиться. Почему без него я чувствую себя такой уязвимой? Наверное, мне просто не хотелось, чтобы в столь интимной обстановке нас застали его друзья… а тем более Гектор. Причинять ему боль мне совершенно не хочется. Я пытаюсь молча освоиться в данной ситуации, но как-то не особо выходит. Обхватываю себя руками, задумчиво поглаживая пальцами шрамы и представляя, что меня ждет в ближайшем будущем, которое всем нам придется провести на одной территории. Неожиданно ловлю мужские взгляды на своей груди и прихожу в ужас. Да уж, беспокоиться о том, что мои рубцы могут вызвать у них отвращение, стоит в последнюю очередь. Конечно же, джентльменом среди троих оказывается только Балдо, который практически сразу отводит глаза и направляется вслед за Рафаэлем. А вот Уго даже усаживается напротив.
– Тут прохладно, – с сарказмом выдает он, продолжая смотреть на меня. Кудрявый извращенец!
– Ну, судя по тому, как свободно на тебе висят штаны, да, тут определенно холодно, – выпаливаю, не удержавшись от взаимной любезности. На что губы Уго растягиваются в широкой улыбке.
– Надень ты на себя что-то поприличней этой тряпки, вид твоих торчащих сосков не привлек бы лишнего внимания и тебе не пришлось бы сгорать со стыда сейчас, – грубоватым тоном замечает Гектор.
Сгорать со стыда? Внутри разрастается нетерпеливое раздражение. Он думает, что можно меня вот так отчитывать? Или просто хочет поставить в еще более неловкое положение? Только вот хрен ему. Бежать и прятать сиськи, как какая-нибудь пристыженная девчонка, я не собираюсь. Не предоставлю ему такого удовольствия. Вздергиваю подбородок и демонстративно провожу пальцем по выпирающей вершинке.
– Так лучше? Или, может, поднять тряпку?
Уго прикладывает кулак к губам, едва не прыская со смеху. А вот Гектор остается спокойным, продолжая прожигать меня полными осуждения нефритами. Да уж, рядом с ними у меня разгон от сопереживания до желания придушить равен одной секунде.
Вдруг что-то мягкое прилетает мне прямо на грудь. Находясь в и без того заведенном состоянии, я дергаными движениями разворачиваю скомканную вещь и понимаю, что это водолазка. Рафаэль с недовольной гримасой возвращается на диван, по-хозяйски разваливаясь возле меня. Боковым зрением замечаю, как он нервно проводит языком по зубам. От нездорового вида не осталось и следа. Темные глаза зло сощурены, а напряженные желваки играют на скулах, придавая лицу еще более суровое выражение.
– В последний раз ты указал моей жене, что ей стоит прикрывать, а что нет.
От смысла услышанного и от того, каким жестким тоном это произносит Рафаэль, внутри все болезненно переворачивается.
– Жена, – с откровенным презрением фыркает Гектор и откидывает голову назад. – Считаешь, что заключив фиктивный брак, в глазах Господа ты имеешь право так ее называть?
– Ты сомневаешься в моих правах?
– У тебя их нет…
– Хватит! – срываюсь на крик, не желая чувствовать себя добычей, которую делят у всех на глазах. – Обязательно вести себя по-скотски?
Бросаю на спорщиков недовольный взгляд и быстро поднимаюсь на ноги, никак не ожидая, что мой организм не готов к такой резкой смене положения. Если бы не отменная реакция Балдо, я еще и распласталась бы у мужчин в ногах.
