В июне Кристина на месяц отправлялась в Турцию к бабушке. Та в старости стала сентиментальной и внучку привечала. Женя с дочерью вдвоем иногда уезжали на море в конце сентября, чтобы продлить себе лето. В доме маминого мужа Женя никогда не останавливалась, предпочитая гостиницу. Конечно, Кристину приходилось забирать из школы, но Женю это не смущало. Девочка хорошо училась и быстро нагоняла пропущенные уроки. Женя была уверена, что здоровье важнее, а знания приложатся.
По этому поводу они регулярно ругались с Волиным, который считал пропуски уроков разгильдяйством и распущенностью нравов, но его мнение Женю не особо интересовало. Сам он забирал дочь с собой на новогодние каникулы, которые регулярно проводил на каком-нибудь горнолыжном курорте. Сначала это были Альпы, теперь Сочи, но для Кристины это не имело никакого значения.
Сама же Женя, оставшись одна на все каникулы, проводила их в кровати, с пледом, накопленными за год детективами любимых писательниц, за неспешным просмотром сериалов с глинтвейном, шампанским и мандаринами. Это «тюленье» время она очень любила.
Перед началом заседания она позвонила маме, чтобы убедиться, что та здорова. Мама была в порядке, и поселившаяся внутри тревога ненадолго спрятала жало, смирившись перед необходимостью мобилизовать резервы для успешного процесса. Дело Женя, разумеется, выиграла.
Доверительница, еще совсем недавно крайне недовольная непредвиденной задержкой, теперь чуть не плакала от облегчения и благодарности, и Женя, снова ощущавшая знакомый холодок в районе позвоночника, никак не могла от нее отделаться, чтобы в тишине коридора проанализировать причину своего внутреннего беспокойства.
У нее зазвонил телефон, и она восприняла это как дар небес. Извинилась перед клиенткой, отошла в сторонку, приложила трубку к уху.
– Алло.
– Привет, Жужелица, – услышала она веселый голос в трубке, – сто лет тебя не видел и не слышал. Ты в офисе?
– Привет, Валерка, – тоже засмеялась она. Брат ее бывшего мужа всегда заставлял ее улыбаться, такой уж у него был характер. – Нет, я в суде, но уже освободилась. А что? Ты опять хочешь родственную юридическую консультацию?
Валерий Волин никогда не платил за то, что можно было получить даром. Конечно, во многом это было связано с тем, что у него было гораздо меньше денег, чем у его отца и старшего брата. Но в основном подобный образ жизни для него являлся в чем-то спортом. Получить на халяву то, за что другие платят, – каждой удачной попыткой он страшно гордился.
Младший брат ее мужа считался в семье белой вороной. Неудачником, которого принято скрывать от приличного общества. Еще будучи замужем за Александром, Валерку Женя всегда жалела. Восемнадцатилетний юноша, высокий, тощий, с вечно взъерошенными волосами, он вынужденно учился во Франции, куда отец отправил его за огромные деньги.
Во Франции Валерке было скучно и очень одиноко. Он не тянул язык, не смог обзавестись друзьями, только собутыльниками, такими же легкими и поверхностными, как он сам. Он то и дело заваливал сессии и накапливал долги, подолгу торчал в России, всячески оттягивая время отъезда.
Потом университет он все же окончил, диплом получил и вернулся домой, потому что о том, чтобы трудоустроиться во Франции, не могло быть и речи. Не обладал Валерий Волин подобными компетенциями. Впрочем, на фирму отца он идти отказался наотрез. Примерно с год сидел дома, в отцовском загородном доме, спускаясь из своей комнаты только для того, чтобы прихватить в буфете очередную бутылку с вином.
Женя с Александром в тот момент как раз находились в процессе развода. Правда, она попыталась как-то обратить внимание мужа на то, что его брат спивается, фактически гибнет, на что тот в довольно жесткой форме сообщил, что каждый человек – сам кузнец своего счастья, и вытирать сопли взрослому парню никто не намерен.
«Я в его возрасте уже подразделением фирмы руководил, потому сейчас и являюсь, по сути, правой рукой отца. А он пусть дальше корчит из себя птенца, которому в рот кладут полностью пережеванную пищу. Я его спасать не стану», – добавил он еще, и больше они к этой теме не возвращались.
После того как Женя с Кристиной стали жить отдельно, Валера регулярно приезжал к ним в гости. Как правило, он появлялся без звонка, с обезоруживающей улыбкой и традиционным вопросом: «Покормишь?» Женя всегда его кормила, вот только попытки остаться на ночь пресекала на корню. Она слишком хорошо знала Валеру, чтобы понимать, что, дай она один раз слабину, он вообще поселится у нее, потому что здесь не будут капать на мозги.
Валера по-прежнему практически не обзавелся друзьями, зато постоянно менял девушек, которых он цеплял в барах и ресторанах. Оставалось загадкой, где именно он с ними встречается, потому что ни в загородный дом родителей, ни к Жене он никогда их не приводил, а своей квартиры у него не имелось.
