– Это не глупость, великий князь, – спокойно ответил привыкший к княжеской вспыльчивости Славута, – но лишь чистая правда! А говорю я так спокойно, потому что уже не в первый раз. Разве ты забыл, княже, как медведи заломали двух коров купца Доброхота Жалича? Прошло лишь два десятка дней! А как не вернулась из леса вдова Зорица? Все говорили, что это может учинить только большой медведь! Пора бы уже, княже, начать правильную охоту и прибить этого зверя! Но ты сам все откладываешь это дело и чего-то еще ждешь! Взял бы и послал в лес своих дружинников с охотниками. Они бы уже давно прибили этого медведя, и был бы жив тот несчастный Микула…
– Постой, Славута, – поднял руку князь, – а ты точно знаешь, что именно медведь, этот бесстыжий зверь, наделал столько зла? Я уже давно не слышал, чтобы медведи нападали на людей! Значит, это очень крупный медведь, если так обнаглел! А есть ли какие доказательства?
– Да, княже, следов предостаточно, – грустно кивнул головой слуга. – Это – медвежьи горки. Их, как ты знаешь, зверь насыпает над мертвыми телами. Он заломал всех твоих людей и присыпал сверху их тела валежником. Твои люди на это как раз и натолкнулись! Уже пошел трупный запах, но пока еще не смрад…Я думаю, что зверь нагрянет за своей добычей завтра!
– Неужели они не привезли в город тела несчастных? – возмутился епископ. – Да что же это такое? Разве вы забыли, что подобное неприемлемо для православных христиан?! Вы же не бесстыжие язычники?!
– Что ты говоришь, Славута?! – прикрикнул князь Андрей. – Почему они оставили людской прах на осквернение?
– Если помнишь, княже, такое уже было у нас лет десять тому назад, – ответствовал слуга. – Мы тогда нашли мертвое тело монаха Филофея, убитого медведем. И привезли его на телеге. Да отпели в православной церкви, как подобает. А ты, батюшка великий князь, на нас за это рассердился! Ты тогда сказал, что нужно было оставить тот прах нетронутым, а медведь бы тогда пришел на такую приманку. Ты потом еще долго нас ругал, называя дурачками и злодеями! Вот-де, упустили из-за нас матерого медведя! От такого позора мы не знали, куда глаза девать! Вот и решили на этот раз наши люди, чтобы не вызвать твоего гнева, оставить тела тех несчастных как приманку на лютого зверя! Чтобы охотники могли разом уложить того матерого людоеда!
– Прости, Господи, прегрешения этих дурачков! – молвил владыка Митрофан, прижав руку к сердцу. – Не понимают, глупцы, что натворили! Да и ты, сын мой, – укоризненно покачал головой священник, глядя на князя, – совсем не учишь своих людей уму-разуму! Так можно дойти и до смертного греха!
– Что поделаешь, святой отец, – насупился князь Андрей, – если наши люди такие глумные. Не всем дано обладание умом-разумом! Вы тогда не поняли, Славута, мои слова с наставлением! Они были не для такого случая! Нужно было откопать тела несчастных…
– Откопали, но только чуток, княже, – пробормотал слуга. – А то как бы мы узнали, что это наши люди? Поглядели, поплакали, да засыпали лица мертвецов сухими листьями и валежником…Они не думали, что ты за это рассердишься. Если хочешь, я сейчас же поеду с людьми назад в телеге и привезу тела тех страдальцев?
– Ладно, Славута, – махнул рукой князь Андрей, – если уже случилась беда, ничего не изменишь! Так ты говоришь, что медведь придет за добычей завтра? Ты думаешь, что приманка уже созреет? А если медведь не придет? Ты не лжешь на этот счет, Славута?
– Это чистая правда, княже! – сказал с уверенностью в голосе бородатый мужик. – Вот так и у меня когда-то было. Медведь заломал моего жеребца, а на четвертый день пришел за падалью. Вот мы и прибили тогда разбойника! Разве ты не помнишь, сам же потом лакомился свежей медвежатиной?
– Помню, Славута, это был отменный медведь! Славный тогда получился окорок! – покачал головой великий черниговский князь. – Надо завтра же поймать этого зверя и прибить его рогатиной! Поеду-ка я сам на охоту! Мне хочется самому поразить рогатиной лютого зверя! Я давненько не ходил на такую знатную охоту!
– Что ты, сын мой, опомнись! – испугался епископ. – Эта охота – опасная затея! Медведь силен, как лукавый! – владыка перекрестился. – Никто не знает, что он может натворить! Лучше пошли своих людей и жди от них известий. Охотники сами порешат этого бурого злодея! А если кто и пострадает, так что же с того: это ведь не великий князь? А Господь защитит подлых людишек. Нечего подвергать свою жизнь опасности, если ее можно избежать!
– Да какая там опасность, владыка? – усмехнулся великий князь. – Мне не впервой ходить на охоту. Правда, я уже давно не добывал медведя…Но зато не один раз поражал вепря. Так что эта охота только прибавит мне радости и славы! Готовься, Славута, завтра утром нагрянем к той медвежьей горке! А далеко ли туда?
– Да не так далеко, великий князь, – бодро проговорил слуга. – Где-то в пяти верстах от Чернигова!
– Ну, это – совсем близко! – улыбнулся князь Андрей. – Давай-ка, Славута, готовь людей, рогатины и телеги. Утром выезжаем!
