Миссис Вадингтон застыла на месте, как охотничий пес во время стойки. Несмотря на то, что во время пребывания в вестибюле отеля «Ритц-Карлтон» вместе с лордом Хэнстантоном она оставалась бесчyвственной к ароматам, так глубоко проникавшим в душу лорда Хэнстантона, она, тем не менее, была всего лишь смертной. Давно уже миновал тот час, в который она привыкла обедать, а в смысле питания миссис Вадингтон была человеком строго установленных привычек. Уже стоя на крыше она испытывала спазмы в пустом желудке, а теперь она больше не могла сомневаться в том, что ее мучит голод. Трепет прошел по всему телу миссис Вадингтон, от корней волос до кончиков пальцев. Запах этой яичницы, казалось, проник до сокровеннейших глубин ее души, подобно сладостному воспоминанию о старой-старой любви.
Медленно подвигаясь вперед, словно в трансе, она ощупью шла вдоль стены и, наконец, очутилась в дверях, которые вели куда-то в коридор. Здесь, вдали от окна, было еще темнее. Но если миссис Вадингтон не могла ничего видеть, зато ей не изменило обоняние, и другого поводыря, кроме собственного носа, ей не нужно было. Она прошла через весь коридор, жадно втягивая в себя воздух, и очутилась у другой открытой двери, откуда на нее пахнуло таким сильным ароматом, что у нее голова закружилась. Теперь ей было уже ясно, что это такое. Яичница с ветчиной! Миссис Вадингтон нащупала, наконец, выключатель, повернула его и убедилась, что находится в кухне. И в нескольких шагах от нее на плите что-то такое шипело на сковородке.
Бывают такие минуты, когда даже самая выдержанная женщина позволяет себе отвлечься от главной своей цели. Миссис Вадингтон дошла до того состояния, когда яичница с ветчиной вполне может казаться величайшим смыслом жизни, единственной, так сказать, целью. Она приподняла крышку, прикрывавшую сковороду, и оттуда, точно сладостный поцелуй, на нее устремился неописуемый аромат яичницы.
Миссис Вадингтон глубоко вздохнула. Миссис Вадингтон достала тарелку и положила себе кусок яичницы. Миссис Вадингтон нашла хлеб. Миссис Вадингтон нашла перечницу… И в тот момент, когда она собиралась поперчить яичницу, позади нее раздался чей-то голос:
– Попалась, голубушка!
Едва ли существовало на свете много такого, что могло бы в данную минуту отвлечь внимание миссис Вадингтон от тарелки, стоявшей перед нею. Землетрясение – ну, это еще возможно. Пожалуй, даже взрыв гранаты. Но этот голос сделал свое дело лучше и того и другого. Миссис Вадингтон круто повернулась на стуле, испустив при этом испуганный вопль. Затем она вскочила с таким видом, точно собиралась исполнить один из эксцентричных гавайских танцев, популярность которых среди молодежи эта достойная женщина всегда оплакивала.
В дверях стоял полисмен.
– Я хотел сказать, что вы арестованы, – добавил он, точно извиняясь.
По-видимому, этот человек был удручен сознанием, что первое возбуждение заставило его отклониться от чистого английского языка.
Миссис Вадингтон не принадлежала к числу людей, которым, как говорится, нужно лезть за словом в карман. Но сейчас даже она не находила слов. Она стояла и тяжело дышала.
– Позвольте вас спросить, не будете ли вы любезны пойти немедленно со мной? – вежливо произнес полицейский. И если вы последуете за мной спокойно, это избавит вас от целого ряда неприятностей.
Мало-помалу миссис Вадингтон выходила из состояния оцепенения, в котором находилась с момента появления полицейского.
Я могу все объяснить! – крикнула она.
– Вам будет предоставлена возможность давать все объяснения, какие вы только захотите, в полицейском участке – сказал полисмен. – В ваших же интересах, я советую вам до того времени говорить возможно меньше. Я обязан предостеречь вас, что мой долг повелевает мне записывать каждое слово, которое вы произносите. Как видите, у меня в готовности и записная книжка и карандаш.
– Я ничего дурного не сделала.
– Это дело судьи решить, делали вы или нет. Едва ли я должен объяснять вам, что уместность вашего пребывания в этой квартире находится под большим вопросом. По всей видимости, вы попали через окошко, что само по себе равносильно насильственному проникновению чужое жилье. Помимо того, я застал вас в момент присвоения, так сказать, имущества, принадлежащего владельцу этой квартиры, то есть яичницы с ветчиной. В виду всего вышеизложенного, я вынужден просить вас следовать за мною.
Миссис Вадингтон собралась было заломить руки в отчаянной мольбе, но вдруг обнаружила, что какое-то препятствие мешает этому жесту. И в то же мгновение она отдала себе отчет в том, что все еще держит в руке перечницу. Внезапно в голове у нее мелькнула мысль, заставившая ее вздрогнуть всем телом.
Aгa! – вырвалось у нее.
– Виноват? – сказал полицейский.
