– Звучит как польский «Фиат» или ижевский «Москвич», – ухмыльнулся Николай. – С другой стороны, покойный дядя Боря утверждал, что ижевские автомобили выходили лучше московских, так что почему бы и нет? Тем более что выбрались мы сюда главным образом не за этим.
Отведав салат из креветок, мидий и прочих мелких рачков, сделав несколько глотков кальвадоса, Николай успокоился.
– Действительно, не фонтан, – произнес он. – Но мне приходилось употреблять и не такое.
Она улыбнулась, но промолчала, отдав должное морепродуктам. Айви ела не торопясь, насаживая на вилку каждую морскую букашку в отдельности и тщательно макая её в острый соус.
– Итак, вы вели бурную светскую жизнь, ничем более не обременяя себя, – начал беседу Николай. – Посещали камерные концерты, карточные игры, маскарады, балы и прочие вечеринки. Пока один алкоголик не заграбастал несколько дюжин монет из вашего родового источника.
Айви аккуратно перекусила смоченную в соусе креветку, даже не запачкав губ.
– Вроде того, – сказала она, отложив вилку и поднимая чарку с кальвадосом.
– А смысл?
– Смысл? – переспросила Айви, сделала небольшой глоток и вернула чарку на стол.
– Во всякой деятельности должен быть смысл, – пояснил мысль Николай. – Я не говорю об учёных, мастерах культуры. Они просто творят. Не говорю о врачах и учителях – их кредо вполне очевидно. Но даже презираемая вами чернь вынуждена трудиться, чтобы вырастить детей, дать им образование и продолжить род, надеясь, что в будущем кому-то из потомков улыбнётся удача.
– Допустим. – Она слегка наклонила голову, демонстрируя умеренное любопытство.
– И вот я смотрю на ваших друзей. За исключением этого мрачного графа, хранителя библиотеки, чем заняты они? Имея дармовую волшебную силу, вы не стараетесь переделать человечество или помочь его развитию, прибавить добра или убавить зла; не занимаетесь поиском новых знаний или распространением старых, не пытаетесь даже занять более значимую роль в большом мире, возглавить его или хотя бы опекать исподволь, а предпочитаете просто скрываться от всех, прятаться по всяким подвалам. Да и в собственной вашей среде – тишь да гладь. Никакой священной войны со злом, никаких орденов, хранящих равновесие. Вы просто прожигаете жизнь, растрачиваете полученный от предков потенциал. Вы напоминаете аристократию в давно и насквозь буржуазной стране. Держитесь своим мирком и проедаете остатки поместий, в то время как жизнь, настоящая жизнь, уходит.
Он сделал паузу, чтобы выковырять из раковины и съесть какого-то моллюска, и девушка решила ответить:
– Когда-то давным-давно мы пришли к мысли, что лучше не вмешиваться в естественные процессы, – сказала она. – Пусть всё идёт своим чередом.
– И с тех пор не подвергали это решение критике? – удивился Николай. – А вам не кажется, что естественные процессы включают в себя разнообразных участников, в том числе и вас самих? И ваше вмешательство было бы столь же естественно, как деятельность учёных или меценатов.
– Мы, наверное, вмешаемся, если мир окажется под угрозой. До тех пор это не наш уровень проблем.
– Удобная позиция. «Вдруг война, а я устал». Ждёте, когда на Землю прилетит астероид?
– Думаю, и с астероидом должно справиться само человечество. Нет, я имею в виду сбой в тонких материях.
– Превосходно! Особенно если никто ничего не знает об этих тонких материях.
– Мы не жалуемся. – Айви отбила атаку и перешла в наступление: – Ну а чем занимались вы? Спасали мир, пока мы погрязали в декадансе и протирали на паркетах бальные туфли?
– Вы же знаете, я бродяжничал. То есть, по сути, занимался тем же, чем и вы – бухал на вечеринках, тусовался, бездельничал, – только мне при раздаче досталось общество, стоящее ниже вашего на несколько уровней. В противном случае мне не пришло бы и в голову грабить фонтан, хотя я запросто мог залезть в него ради шутки, словно какой-нибудь гусар или десантник.
– Ради шутки? – Она нахмурилась, и её обеспокоенность выглядела натурально. – Надо будет как-то обезопасить источник от подобной напасти. А до того? Чем-то вы занимались? – Айви вернула на лицо улыбку. – Я имею в виду, чем-то, что придавало смысл существованию.
– Я писал книгу.
– Вот как?
– Да.
– Так вы писатель?
– Нет. Скорее, читатель. Потому что писал я книгу о писателях.
Они выпили ещё по чарочке кальвадоса.
– Сегодня мы не за рулём, можно особенно не притормаживать, – провозгласил Николай, ощущая приятное расслабление и тепло.
– И о чём она, ваша книга о писателях? – спросила Айви.
