Будь на моём месте кто побольше ростом, ему не пришлось бы болтать ногами в воздухе между небом и землёй, полагаясь на помощника. В то мгновенье, когда верхний край обрыва уже уплыл вверх, а ноги искали опору, я повисла на собственном поясе и мой взгляд встретился со смеющимися глазами Никесса: он улыбался и больше не опускал меня ниже, держа в воздухе. И сразу вспомнился лук, направленный на меня, нож в его руках и фальшивое: «Я не хочу навредить тебе, Ноди».
– Опусти чуть ниже, Ник, – я постаралась улыбнуться и не показать окутывающего меня ужаса.
Но он просто сидел, возвышаясь надо мной всей своей громадиной, удерживая меня, словно пушинку, и улыбался.
– Знаешь, Ноди, я иногда думаю, что было бы, пристрели я тебя тогда вместо козла? Был бы с этого прок?
– Ник, просто опусти чуть ниже.
– Конечно не было бы, и ты отлично это знаешь! – за спиной мальварена выросла сухая фигура Лаурсса.
– Спусти её на уступ, Ник, не дури, – и Дарл тоже оказался здесь.
– А то что? – Ник повернулся к Ла, не отпуская пояса. – Спихнёте меня вместе с ней?
Наверное, можно было спрыгнуть на уступ и перестать зависеть от этого безголового. И я как раз посмотрела вниз в поисках того, как бы это сделать, но сильнейший порыв ветра качнул меня в сторону, словно ленточку. И Никесс, явно не готовый к этому, просто отпустил мой пояс.
И я снова решила, что сейчас умру.
Уже второй раз за три дня я едва не разбилась о скалы.
Сейчас меня спасли древние строители, пробившие пещеры в этих горах. Мне повезло приземлиться на остатки истлевшей деревянной лестницы, невидной до этого за мелким кустарником и пучками лишайника.
Дряхлые ступени, конечно, проломились подо мной, но подарили драгоценные мгновения, когда я успела зацепиться сначала за ветки и корни, а затем и за край пещеры. Подтянулась, отползла от края и рухнула на влажный замшелый пол.
– Ты жива? – слова были едва слышны за воющим ветром.
– Да, – голос вновь, как воронье карканье.
Я лежала в округлой комнате неправильной формы, грубо обтёсанной в незапамятные времена. Дальняя стена её тонула в тенях, а вот прямо над моей головой сквозь ветки и стебли сверкало чистое небо. Вдоль стены туда уходила выбитая в камне лестница. Такая же уходила вниз. Чёрт возьми! Будь я чуть внимательнее, я нашла бы её сразу и не угодила бы в такую историю!
Я медленно поднялась по лестнице и выглянула на поверхность.
На самом краю обрыва в двух шагах от меня, ровно над тем местом, где я пыталась спуститься, Лаурсс заключил Ника в смертельные объятья. Полные ненависти, они замерли над обрывом, в любое мгновение готовые оба сорваться вниз.
– Прошу тебя, Лаурсс! – взмолилась Юлья. – Отпусти его, я уверена, мы всё решим!
Король Кор-Таюна не шелохнулся.
– Он не отпустит, – хрипло рассмеялся Ник. – Он меня узнал. Правда, ты, мелкий ублюдок?
– И давно. Ждал, когда же ты проявишь себя, наконец.
– Просто прирезать тебя было бы слишком скучно!
Лаурсс стоял, как статуя, только мышцы живые напряжены до предела.
– Никесс, что ты такое говоришь? Зачем ты это делаешь? – Юлья едва не рыдала.
– Не лезь не в своё дело! – оборвал её Ник.
– Да как же не моё! Мы же почти семья!
– Тешь себя дальше. Ну как, Лаурсс, может, решим этот вопрос в честном бою, как мужчины?
– Был ли ты столь честен, когда убивал мою мать?
С этими словами король Кор-Таюна рывком выкрутил руки, заставив Никесса разжать пальцы, толкнул его к обрыву, и чуть не рухнул вниз сам, балансируя на самом краю. Нику хватило этого мгновения, чтобы уцепиться за рубашку Ла и восстановить равновесие. Дарл бросился было к мужчинам, но некогда шикарная ткань с треском порвалась, не оставляя Нику шанса. Он вскрикнул, замахал руками, и только сейчас в его глазах вспыхнули страх и осознание происходящего. Ник взглянул на Юлью, раскрыл рот, но сказать ничего не успел – Лаурсс помог ему отправиться в скорый полёт навстречу смерти.
Лаурсс отшатнулся от обрыва, тяжело дыша. Несколько ударов сердца смотрел вслед исчезнувшему врагу, а затем перевёл безумный взгляд на меня:
– Я так понимаю, ты нашла спуск, малявка?
– К-кажется, да…
Тёмными галереями, скользкими лестницами, освещая путь факелами, спугивая стаи летучих мышей, Свора спускалась всё ниже и ниже лабиринтами пещерного города. Здесь уже чувствовалось влажное дыхание беспокойного озера-полумесяца.
В одной из комнат покрупнее я остановилась, пропуская людей вперёд: вереница блестящих глаз на усталых лицах, пыхтение жаждущих отдыха людей. Я дождалась, когда среди разноцветных тряпок и тёмных волос появится бельмо Лаурссовой макушки, и выдернула его из потока.
Проплывающие мимо факелы бросали дрожащие беспокойные отблески на его лицо, и я всё не могла понять: это игра света и тени или Ла действительно выглядит чужим и измождённым.
– Эй, постой, – я увлекла его к дальнему краю пещерной комнатушки.
Он тяжело прислонился к сырой шершавой стене и осел по ней на пол. Мне ничего не оставалось, кроме как опуститься рядом.
– Ла, кто это был? – я убрала свалявшуюся прядь с его лица.
С такого знакомого лица на меня смотрели совершенно чужие глаза.
