Но Кайл не прекратил свои махинации, и Чарльз Годдард, во второй раз вызвав его в офис, не скрывал своей ярости. Чарльз потратил почти десять дней, чтобы предотвратить банкротство «Годдард-Стивенс», и попутно принимал все меры, чтобы избежать скандала как в отношении фирмы, так и в отношении любого вкладчика, который хоть когда-нибудь с ней сотрудничал. Но Годдард совсем не собирался жертвовать десятилетиями тяжкого труда, успехов и разочарований только для того, чтобы его зять мог заработать пару сотен долларов то там, то сям. Да, он поступил с Кайлом слишком мягко, но не хотел закрывать глаза на то, что его клиентурой пользовались в целях личной выгоды.
Поэтому на следующий раз Чарльз говорил с Кайлом за закрытыми дверьми тоном, не допускающим возражений.
— Ты манипулируешь этими счетами, и я хочу тебя предупредить, что это противозаконно. У твоих клиентов есть полное право предъявить тебе иск, — сказал он Кайлу, побагровев от гнева.
— Мои клиенты ожидают, что я буду более смело вкладывать их деньги, — спокойно парировал Кайл, на которого, очевидно, не произвели впечатления ни слова, ни сам тон тестя.
— Смело и безрассудно — разные вещи. Так же как смело и противозаконно, — сказал ему Чарльз. — Все порученные тебе портфели показывают значительные убытки. Ты должен лично возместить их, немедленно. Мы никогда не наносим ущерб — повторяю еще раз: мы никогда не наносим ущерб — своим клиентам. Кроме того, мы никогда — повторяю, никогда — не рискуем деньгами своих вкладчиков, ты понял меня?
Кайл спокойно ответил, что все понял, и вышел из кабинета с таким видом, как будто согласен, что не прав и собирается начать новую жизнь.
Несмотря на все предупреждения, портфели акций, которыми занимался Кайл, постоянно свидетельствовали об активной деятельности, а когда внутренний аудит фирмы выявил недостачу в пяти счетах, которыми ведал Кайл, Чарльз Годдард решил, что с него хватит. Он ничего не сказал жене и дочери, не говоря уже о Кайле, поскольку это было чистой тратой времени и нервов. Вместо этого Чарльз Годдард представил себе, как действовали бы в этой ситуации его дед Карл или, скажем, его отец Роберт и даже почивший в бозе Итчи Мэллоун и его таинственный мистер Шайн, которые помогли Чарльзу построить его империю и сохранить ее репутацию. Чувствуя связь с прошлым и понимая, что предки одобрят его выбор, Чарльз Годдард решил действовать без промедления.
Он лично возместил убытки так, что клиенты фирмы даже не заподозрили о происходящем. В один прекрасный день он рано оставил работу и тайно посетил конюшни Лонг-Айленда, где встретился с человеком по имени Рэй Лайонс, занимавшимся лошадьми и попавшим в затруднительное положение из-за страсти к азартным играм. Чарльз отозвал Рэя в сторонку, вынул из портфеля чековую книжку и предложил Рэю решить его проблемы.
— Не задавайте лишних вопросов, — сказал он этому кривоногому конюху с искривленными пальцами на руках, который искренне заинтересовался суммой. — Мне нужна одна услуга. Вы должны поехать во Флориду. В поло-клуб в Палм-Бич, где мой зять примет участие в матче в конце недели. Потом вы должны исчезнуть. Я ясно выражаюсь?
Рэй Лайонс кивнул.
— Ясно как божий день, мистер Годдард, — ответил он и выслушал разъяснения Чарльза относительно решения назревшей проблемы.
Вернувшись в свой офис после встречи с Рэем Лайонсом, Чарльз Годдард еще раз обдумал свое решение. Он сделал как раз то, что на его месте сделали бы его отец и дед: защитил интересы своей семьи, фирмы и репутацию Годдардов. Единственное, что его волновало, — реакция Эмили. Конечно, она некоторое время будет в отчаянии, но вскоре утешится. Она была еще очень молода, а высказывание, что время лечит, действительно имело глубокий смысл.
Чарльз понимал, что у него не оставалось выбора. В семье Годдардов еще не было разводов и никогда не будет. Никогда. Нестабильность в личной жизни может быть воспринята клиентами как профессиональная нестабильность независимо от того, что сами они на словах обязательно будут отрицать все это и от того, что их собственная личная жизнь также может быть довольно запутанна. Несмотря ни на что, во всем, что касалось их финансов, клиентам нужен человек солидный, надежный, ответственный и непогрешимый.
Больше того, Кайл Прингл был не просто помехой в делах или временным затруднением. Это было слабое звено, способное загубить все, что создали Годдарды с двадцатых годов. Чарльз прекрасно понимал, что именно на его плечи ложится ответственность за все, что натворил его зять, и не только ответственность — весь позор. Ведь, в конце концов, именно он привел Кайла Прингла в компанию и в семью, именно он дал ему власть над акциями и положение в обществе. Теперь именно он и должен исправить свою ошибку. Поэтому он не колеблясь принял решение, чувствуя только слабенькие угрызения совести.
