– Мам, восемнадцать мне через две недели, а про замужество я сказала абсолютно серьезно, – спокойно ответила Любаша, глядя на мать и отца.
– Сереж… – прошептала Зоя, с надеждой глядя на мужа, – я ничего не понимаю. Скажи, что это сон. Плохой сон, – попросила женщина.
Сергей приобнял жену и заговорил с дочкой:
– Любаш, а давай мы спокойно поговорим? Не в коридоре на бегу, а сядем за стол… Замужество – дело серьезное и не стоит вот так… с бухты-барахты… ты еще молодая, мать права, не стоит тебе торопиться…
– Пап, я уже все решила. Я выхожу замуж, и еще… я беременна, – сделав последнее признание, Люба опустила глаза, а Зоя упала в обморок.
Минут через сорок, когда Зоя пришла в себя, напилась успокоительного и наконец-то смогла хоть как-то связно излагать свои мысли, на кухне разразился скандал:
– Ты в своем уме?! – кричала Зоя на дочь. – Я-то думала, что ты – взрослая, ответственная девочка, а ты… позор… забеременеть в семнадцать, да в меня все соседи пальцем тыкать начнут да за спиной шушукаться…
– Если ты не будешь так кричать, то никто и не узнает, что я беременна. Выйду спокойно замуж, а там уже никто и слово поперек не сможет сказать, – заметила Люба.
От спокойного тона дочери Зоя разошлась еще сильнее. Она кричала, воспитывала, ставила в пример Веру, которая поступила в МГУ и теперь грызла гранит науки в Москве. Потом женщина выдохлась, опустилась на стул, чтобы перевести дух, а Люба, все с тем же спокойствием, уточнила:
– Мам, если ты закончила, то я пойду, лягу, а то у меня от твоего крика голова разболелась.
Зоя хотела возмутиться и начать следующий акт скандала, но в разговор вклинился Сергей.
– Конечно, иди. Отдыхай. Но завтра мы с мамой хотим видеть твоего избранника у нас в гостях. Завтра в семь. Хорошо?
– Хорошо. Федя придет, – кивнула Люба и ушла в свою комнату.
Весь остаток вечера и большую часть ночи Зоя мучила мужа разговорами.
– Сереж, как? Ну скажи мне, как мы могли упустить Любашу? Не надо ей было разрешать уходить из школы. Там она была под присмотром Верочки. Вера ее хоть от каких-то глупостей оберегала, а что теперь? Как дальше-то жить?
– Нормально жить. Исходя из ситуации. Ты-то сама что предлагаешь? Отправить Любу на аборт, а потом запереть дома?
– Не знаю, – протянула Зоя. По ее голосу Сергей понял, что жена задумалась над его предложением.
– Зой, Зой, остановись, давай без фантазий, – тут же попросил мужчина. – Это предложение было так… в порядке бреда. На самом деле если уж так получилось, то так тому и быть. Тем более мальчик у Любы, видимо, серьезный, раз дочка про свадьбу сказала. Давай завтра с ним познакомимся, а там видно будет.
– Что видно?
– Да все. В любом случае у меня духу не хватит отправить дочь на аборт. Если сама решит – поддержу, решит рожать, тоже помогу. Думаешь, не справимся?
– Справимся, – кивнула Зоя, – просто не такой судьбы я хотела Любе. Ох, не такой, – женщина тяжело вздохнула.
В тот момент она ощутила свою вину во всей произошедшей ситуации. Недоглядела, не предугадала. Зоя на самом деле последнее время уделяла мало внимания Любе. После того как Верочка поступила в столичный университет, все мысли Зои были только о старшей дочери.
Как она устроится? Как в коллектив вольется? Как будет чувствовать себя в общежитии? Как питаться будет? – такие вопросы гоняла в своей голове Зоя целыми днями. Она очень переживала за Веру. Ведь та, при всем своем уме и сообразительности, была абсолютно не приспособлена к жизни и не имела «зубов». Поэтому даже на увещевания Веры о том, что у нее все хорошо, Зоя реагировала вяло, считая, что дочь просто ее успокаивает, а на самом деле…
На самом деле Вере было тяжело. Она была домашней девочкой, и шумная общага с не очень опрятными соседками напрягала Веру. Но, с другой стороны, девушка училась жить в социуме, договариваться с людьми и даже отшивать назойливых кавалеров, которых было хоть отбавляй. Вера выросла красивой девушкой. Высокая, длинноволосая, с огромными глазами, красиво очерченными губами и тонкой талией. Парни заглядывались на Веру, но та не обращала на них внимания. Она была нацелена на учебу, в отличие от младшей сестры.
Федор не понравился Зое категорически. Слишком худой, слишком высокий, слишком громкий… Для Зои все в избраннике дочери было слишком. Она задавала Федору неудобные вопросы и получала честные ответы.
– Родился и вырос я в деревне, – рассказывал парень, – мама у меня в деревне на почте работает, отец зоотехник. Есть младшая сестра Даша. Ей одиннадцать. Я после девятого класса в город уехал, отучился в автотранспортном техникуме, хотел в институт поступить, экзамены провалил, пошел в армию, вернулся, устроился на работу в автомастерскую, потом с начальником поругался, ушел. Сейчас подрабатываю грузчиком и учусь на водителя автобуса с последующим трудоустройством. Как-то так, – пожал плечами Федя и бросил быстрый взгляд на Любашу, та ему подмигнула, давая понять, что все хорошо и он молодец.
– А живешь ты где? – спросила Зоя, не скрывая недовольства.
