Несмотря на ущерб от развившегося пиратства и войну с арабами за господство на Средиземном море, морская торговля не сдавала позиций. Византийцы имели первоклассные суда, обладали развитыми навыками кораблестроения и судовождения. Со времен античности им была известна
Еще раз надо особо подчеркнуть, что в целом византийские города в VII–IX вв. сохраняли самые разные функции, одновременно являясь производственными, торговыми, административными, военными, церковными, религиозными центрами и центрами паломничества для приходивших к их христианским святыням. Христианизация преобразила городской ландшафт. В городе могли находиться резиденция епископа с епископальным комплексом, кириаконы, кафоликоны — главные приходские и монастырские храмы, монастыри, церкви,
Вдоль улиц, на площадях, в том числе на агоре, и в жилых усадьбах устраивали эргастирии — разнообразные мастерские и лавки. Обычно на двадцать жителей приходился один такой объект, так что число их даже в небольшом городе с тремя тысячами населения составляло не менее полутора сотен. Заходившие в них покупатели, судя по живым зарисовкам из Житий, видели разложенные и развешенные товары, а также продукты, иногда выставленные в стеклянных сосудах на прилавке. Случалось, какой-нибудь стеклодув со своим переносным горном или кузнец-медник устраивались в крытом портике или прямо на улице, собирая зевак поглазеть на работу, а зимой еще и погреться у горна.
Как правило, город «темных веков» имел один или несколько рынков, которым не мешало соседство церквей, странноприимные дома, а в случае близости моря — защищенный крепостными стенами порт. Море всегда выручало ромеев в трудные времена. Канализация и водоснабжение по водостокам, гончарным трубам продолжали действовать, за ними следили, перестраивали старые и строили новые ветки, чистили дренажные и питьевые колодцы, надстраивали их в случае необходимости. Надломленная, но не сломленная городская жизнь, невзирая на лихолетья, продолжалась.
Потрясающие геополитические, гео-стратегические и гео-экономические преимущества Константинополя особенно дали себя знать после того, как арабы захватили многие ромейские крупные порты. С конца VII в. столица Ромейского царства стала служить и ведущим транзитным центром, и терминалом, встречавшим и провожавшим все суда, используемые в торговле Европы и Востока. Более того, для большинства ромеев Константинополь окончательно стал символом державы, душой и сердцем Романии, не меньшей святыней, чем императорская власть или Православная Церковь. Подобно магниту, он все больше и больше притягивал к себе знать, вообще всех провинциалов, пытавшихся отыскать для себя нишу в рамках имперской системы.
Византийцы рассматривали Константинополь как Божий град, центр всех четырех сторон света, город, созданный по воле Бога, и потому богохранимый. По меткому замечанию Сергея Аверинцева, известного российского филолога-классика, это был «в каком-то смысле сам по себе мир» и уж во всяком случае «колесница» этого мира — Axis Mundi, как сказали бы современники.
По-разному ромеи именовали свою столицу — Византий, Второй Рим, Новый Рим, Царственная, Царица городов, Мать Империи, Новый Иерусалим, Город-светоч. Но, что примечательно, часто они называли ее просто Полис — «Город», как бы единственный и неповторимый среди всех прочих. Даже китайцы, жившие на другом конце мира, звали Византийскую империю Фулин, воспроизводя это греческое Полин, Полис. Это же отмечали арабы, писавшие, что греки зовут Константинию-Константинополь словом Болин, или Истинболин, — так на слух мусульман звучали греческие слова Полин или «ис тин полин» — «в Город». Позже из этого родится турецкое Истанбул-Стамбул.
Граница Города, раскинувшегося на треугольном полуострове, тянулась примерно на 19,5 километров и со второй половины V в. охватила в общей сложности 1450 гектаров (Карта 8). Соединяя в себе притягательную красоту, безотказно действовавшую как на варваров, так и на цивилизованные народы, Константинополь был непревзойденной крепостью средневековья, о которую разбилась не одна волна завоевателей.
