Может ли девочка из провинциального городка штата Айова найти счастье в Париже? Невзирая на все взлеты и падения этого брака, такое кажется, возможным. «Всё чудесно! — с улыбкой заверяла киноактриса Джин Сиберг (31 год) журналистов, которые пришли к ней в больницу на Майорке, где она проходила курс лечения в связи с осложнениями, возникшими во время беременности. — Мы совершенно примирились!» И это тогда, когда формальности по разводу наконец практически завершены. Французский писатель Ромен Гари (56 лет) и Джин Сиберг намерены вновь сочетаться браком; хотя отцом ребенка, который должен родиться у Джин в октябре, является другой человек — чернокожий активист, с которым она познакомилась в Калифорнии.
Что же произошло на самом деле? Джин Сиберг не раз повторяла дочерям Евгении, что до сорока лет хочет родить еще хотя бы одного ребенка и рада новой беременности, в то время как сама не принимала почти никакого участия в воспитании Диего{625}. Поскольку Ромен Гари сказал ей, что готов признать отцовство, Джин пустила слух, будто они планируют после рождения ребенка вновь пожениться, но это было неправдой. У Гари было непоколебимое понятие о чести.
В июле Джин на десять дней уехала в Маршаллтаун на день рождения матери и взяла с собой Диего. Родных она заверила, что, скорее всего, вернется к Ромену, который уже пишет сценарий второго фильма для нее.
Через четыре дня после ее возвращения в Париж в «Репортере» была напечатана еще одна краткая заметка о Джин Сиберг и ее будущем ребенке, отцом которого якобы является один из лидеров движения чернокожих.
«Черных пантер» раздирали внутренние противоречия, которые усугубляли специально внедренные в движение агенты ФБР. Несколько его членов, а именно Элридж Кливер, Масай Хьюитт и Хаким Джамаль, отправились в Париж вымогать у Джип Сиберг деньги. Гари коробило от того, что они встречались в его квартире на рю дю Бак, даже не спросив у него разрешения.
Джин требовался покой, чтобы беременность прошла благополучно. Гари предложил ей пожить до родов на Майорке. Вместе с Евгенией и Диего он поехал с ней в Пуэрто-Андре. Но в Симарроне они разместились в разных комнатах. Джин поняла, что если Ромен и готов ей помогать, то жить с ней вместе снова он не собирается.
Седьмого августа Джин сделала попытку покончить с собой, выпив целую упаковку валиума. В полночь ее секретарь Сесилия Альварес нашла ее в бессознательном состоянии на камнях со стороны моря у черного хода на виллу. На машине скорой помощи Джин была доставлена в клинику Хуанеда в Пальма-де-Майорка, где ей сделали промывание желудка. Подоспевшим репортерам Гари заявил, что Джин была госпитализирована в связи с желудочно-кишечным расстройством. Несколько дней спустя она уже выглядела вполне здоровой и принимала у себя в палате журналистов, которых заверила, что помирилась с мужем — именно тогда, когда их брак был официально расторгнут.
Хотя испанские врачи были настроены оптимистично, Джин боялась, что ребенок родится мертвым. Гари убедил ее, что лучше наблюдаться у швейцарских специалистов, и зафрахтовал самолет, на котором Джин перевезли в Ватвилль доя консультации у знаменитого акушера-гинеколога доктора Губерта. Затем некоторое время Джин отдыхала в отеле «Гарми» в Зерматте, рядом с ней был ее телохранитель Ги-Пьер Женей{626}. Там она попыталась написать книгу о своем сотрудничестве с «черными пантерами».
Тем временем слухи о примирении Джин Сиберг и Ромена Гари достигли Нью-Йорка. Главный редактор «Ньюсуик» Эдвард Бер сделал несколько телефонных звонков в Париж, и вот какую информацию, частично истинную, частично ложную, ему удалось собрать. Джин Сиберг вдет ребенка от лидера «черных пантер» и сейчас отдыхает в Швейцарии. Ромен Гари находится в Африке, где готовит серию репортажей для газеты «Франс-Суар». Кроме того, он пишет сценарий нового фильма
