Мы готовы были к ответу на этот вопрос, я дал подробную характеристику нашему источнику… После окончания моего доклада вновь наступила длительная пауза. Сталин, подойдя к своему рабочему столу и повернувшись к нам, произнес: Дезинформация! Можете быть свободны». Нет возможности проникнуть в черепную коробку Сталина, но можно предположить такую его реакцию на полученные сведения: поскольку из разных источников поступает одна и та же информация (не имеет значения, ложная она или нет), это значит, что Гитлер обеспокоен сейчас тем, чтобы именно эта информация легла на стол Сталину. А для чего? Фюрер уже покорил Европу, демонстрируя незаурядные способности по организации провокаций, заговоров, блефа и других казуистических тонкостей. И все ему удавалось. Почему же он так хочет, чтобы Сталину стало известно, что именно 22 июня 1941 года германские войска атакуют западные границы Советского Союза? Сталина и осенило: раз Гитлер так хочет, значит, ему, Сталину, надо поступить так, как если бы он этой информации не знал.

И Сталин не бросил к границе все силы, а пожертвовал саперами, которые были заняты на строительстве оборонительных сооружений на западных границах (они все попали в немецкий плен), пожертвовал жизнями пограничников и героев Брестской крепости, пожертвовал многими – отдал на заклание и поругание, но сохранил, подобно Кутузову, главные вооруженные силы страны, не дав их уничтожить в первые дни войны, на что и рассчитывал Гитлер. Конечно, были и предательство, и большие просчеты. Например, как с нашими аэродромами. Тогда месяца на полтора Гитлер заболел. Возможно именно в этот момент бывший ефрейтор, который смог выбраться на верх в кастово-аристократической Германии, подталкиваемый Западом на восток, понял, что начал эту войну против коммунистической России напрасно. Идол немецкого народа, неординарный полководец и искусный дипломат, не упускавший ни одного мало-мальски благоприятного шанса для авантюр, с определенного момента начал допускать ошибку за ошибкой, раз за разом теряя шансы на победу.

Создается впечатление, что им кто-то управлял не в его пользу. Началось еще с Африки. Например, он почему-то не дал Роммелю пару дополнительных дивизий – и тот лишился возможности перерезать Суэцкий канал, чтобы вывести тем самым Англию из войны. Он вопреки логике бросает воздушно-десантные войска на Крит, а не на Мальту, только усложняя положение Роммеля. Он не использует восстание против англичан в Ираке. А там ведь нефть. И так далее. Буквально накануне Гитлер с поразительным чутьем угадывал «точки перелома» и самые потаенные слабины противника – и тут кто-то вдруг лишил его этой способности.

Первым сбоем в череде фантастических успехов Гитлера в Европе стала воздушная война против Британии в июле – сентябре 1940 г. Англичан воздушный натиск немцев летом – осенью так и не сломил. Потеряв свыше 20 тыс. человек в ходе отражения натиска люфтваффе, сыны Альбиона не вышли из войны. Дело в том, что Гитлер всерьез бить британцев не пожелал. Он выбивал в основном английскую авиацию, только потом переключившись на города. Он не пытался по-настоящему парализовать английскую экономику и утопить флот Британии в гаванях. И вообще, в воздушной войне со злейшим врагом России Гитлер предпочитал не напрягаться – выпуск самолетов не наращивал, не развертывал новую аэродромную сеть во Франции, Бельгии и Голландии. Англичане производили тогда самолетов больше, чем Германия. Разгадка такой политики Гитлера кроется в его планах. Разгромив Францию, он ожидал, что англичане запросят мира. Их главными союзниками на континенте были французы, а СССР (не в пример царской России) не собирался воевать за интересы туманного Альбиона. Более того, заключил с Германией договор о ненападении. Поэтому Гитлер имел все основания надеяться: джентльмены с островов пойдут на мир с Берлином. Прекрасный союз между Британской империей, обладающей колониями и сильным флотом, и мощной, индустриально развитой Германией, имеющей в распоряжении сильную сухопутную армию, мог стать хорошим противовесом и выскочкам-американцам, и этим непредсказуемым русским.

Но Гитлер не учел, что к власти в Лондоне пришли круги, желающие сражаться уже не за интересы Британии, а за будущее, где глобальная власть будет принадлежать финансовым магнатам. Новый премьер Уинстон Черчилль, сменивший Чемберлена, стал ставленником будущего Золотого интернационала. С центром, естественно, за Атлантикой. Британии в этой ставке отводилась роль жертвы: подрывая самое себя, не дать немцам стать конкурентами США. В этом положении Германию могла спасти только последовательная массированная атака на Англию с уничтожением ее флота и ВВС, уничтожением с воздуха электроэнергетики и транспортных узлов, блокадой островов подводными лодками, минированием Ла-Манша и десантной операцией. Не получив просьб о мире, Гитлер стал лихорадочно импровизировать. Известно, что импровизации хороши только в джазе.

Перейти на страницу:

Похожие книги