– А когда стрельба началась?
– Мы здесь были. А патрульные – они последние подъехали – решили перекрыть черный ход. Мы вообще их не видели, только выстрелы услышали. Выскочили в коридор – там один из патрульных у стены… Мы сначала подумали, что его в голову ранило, потом оказалось, что его кирпичной крошкой ударило в лицо. А этот парень захватил машину и смылся. Пока мы спускались, его след простыл…
Лейтенант молча вышел из комнаты, подошел к патрульному, охранявшему лестницу. В руках у него был полуавтоматический «Ремингтон 11–87».
– Зачем у тебя это, парень? – спросил лейтенант, ткнув пальцем в ружье.
– Так тут же был опасный преступник, сэр, – недоумевающе ответил патрульный, – он нас обстрелял.
– А как ты узнал, что тут опасный преступник? Кто тебе сказал?
– Так детектив МакДжинти, он же первый сюда подъехал. Он так и сказал – берите тяжелую артиллерию, ребята, внутри опасный вооруженный преступник. Ну, я и взял, и Том тоже.
Лейтенант хотел вернуться в комнату и как следует тряхнуть этого лживого ублюдка, чтобы выяснить, что ему известно на самом деле обо всем этом дерьме, но тут в начале коридора показались крайм-сцин техники со своими чемоданами и капитан Броуди, скверный тип, с которым лишний раз не хочется встречаться. Поэтому лейтенант покинул этаж тем же путем, каким поднялся на него. По пожарной лестнице.
В конце концов, с МакДжинти он разберется и потом, главное сейчас – найти преступника, угнавшего полицейскую машину. Преступник на полицейской машине – только этого сейчас им и не хватало.
Незадачливый патрульный сидел в его машине один, на заднем сиденье, где обычно сидят арестованные. Перегородки между сиденьями в «Форде» не было – лейтенант плюхнулся за руль, жизнерадостно улыбнулся незадачливому молодому копу, который уже представил, что с ним будет за угон служебной машины и утрату личного оружия.
– Да уж, медали Почета тебе не видать, парень, – подтвердил мрачные мысли патрульного лейтенант, – рассказывай давай. Кто вас так отоварил?
– Сэр, этот парень… он совсем неопасным выглядел. Это пацан простой был.
– Пацан?!
– Ну да, подросток. Он на подростка больше походил. Рост чуть ниже шести футов, кавказская внешность…
– Ничего себе подросток, – перебил лейтенант.
– Да, сэр, но он все равно как подросток выглядел. Тощий, и одежда на нем… дешевая, как будто в супермаркете украл, что под руку подвернулось.
– И как же этот тощий умудрился вас так приложить?
– Мы подъехали, когда он с пожарной лестницы соскочил. Я знаю, сэр, что здесь не живет никто, и…
– Подожди-ка. Этот район вы патрулируете?
– Да, сэр.
– А когда вы приехали сюда, остальные здесь уже были? Сколько машин?
– Три или четыре, сэр. Точно, четыре. Три патрульных и одна детективов – «Форд» черный, рядом стояла.
– Мигалки не было? Или была?
– Не было, сэр.
– А как ты понял, что это машина полицейских детективов?
– Ну… рядом с патрульными стоит, и антенна от нашей рации есть. К тому же, а чьей же ей еще быть.
– Сэр, я все правильно сделал? – обеспокоенно спросил патрульный.
– Пока да. Итак, ты увидел полицейские машины и решил, что парадный вход уже перекрыт достаточными силами и надо присмотреть за черным, так?
– Да, сэр. Мы въехали сюда, а тут этот пацан. Тощий, он как раз спрыгнул с лестницы. Странный какой-то. Ну, мы вышли из машины, я Taser взял, а Стив с пистолетом. Мы всегда так работаем, тут наркоманов полно, сэр…
– Я знаю. Что было дальше?
– Мы приказали ему не двигаться. Он подчинился сразу. Бежать не пытался. Сказал, что оружия у него нет…
– Прямо так и сказал?
– Так и сказал, сэр. «У меня нет оружия. Я безоружен». Руки вперед выставил, у него и впрямь ничего не было. И акцент какой-то странный был.
