Между тем Долгоруковы составили уже духовное завещание, по которому царь должен был назначить своим преемником на престоле принцессу, его обрученную невесту; но когда бумагу эту поднесли царю для подписания, то в нем не было уже ни языка, ни сил, и, наконец, он испустил последнее дыхание в долговременном бесчувствии 30<-го> числа в 1 час 25 минут пополуночи.
Так кончил жизнь свою Петр II, имев от роду 14 лет 3 месяца и 7 дней, владев Россиею 2 года 8 месяцев и 13 дней. Потеря его была невознаградима для России, потому что добрые качества сего государя давали надежду на счастливое и славное царствование. В нем было много ума, сметливости и скромности. В нем не было заметно никакой наклонности к каким-либо порокам, а пьянство, в то время общее, совсем не было по его вкусу. Собою он был очень красив и росту чрезвычайного по своим летам. Он хорошо говорил по-немецки, по-латыни и по-французски и имел хорошие понятия в науках, но, сделавшись государем в 11 лет, оставил совсем науки, а окружавшие его русские старались отвадить его от чтения, чтобы он не научился. Он не имел еще столько твердости духа, чтобы действовать по собственному побуждению, чем воспользовавшись, князь Алексей Долгоруков, его гофмейстер, и сын его, фаворит, делали все по своей воле и с таким деспотизмом, что прочие не слишком много сокрушались о кончине сего юного государя. В течение двух лет, проведенных им в Москве, его заставляли беспрестанно ездить на охоту, чтобы удалить его от всех, и держали всегда в своих руках. Наконец, заставили его согласиться на брак с княжною Екатериною Долгоруковою; но это согласие было принужденное, и многие были такого мнения, что свадьбе никогда не бывать. Правду сказать и то, что он нимало не уважал ее, и я сам был свидетелем, что он едва на нее взглядывал. Замечательно было то, что с самого того дня, как он объявил о намерении своем вступить в брак, то впал в такую задумчивость, что ничто более его не развлекало, и он даже говорил своим приближенным, что умрет скоро и что жизнь ему уже наскучила.
Наконец, Россия лишилась Петра II, который, по-видимому, мог быть великим государем, если бы когда-либо избавился от ига Долгоруковых. С ним кончилось мужское поколение дома Романовых, царствовавшего 118 лет, ибо царь Михаил Федорович, дед Петра I, был избран на престол в 1612 году.
Лишь только министры Верховного совета увидели, что государь скончается непременно, то собрались во дворце с знатнейшими вельможами и стали рассуждать о наследовании престола. Мнения разделились на четыре стороны.
Первая сторона была Долгоруковых, которым хотелось возвести на престол обрученную невесту царскую, для чего они и составили было духовную, что, однако же, им не удалось, как сказано выше, и потому, увидев, что противники сильнее их, они отказались от своего намерения.
Вторая сторона была царицы, бабки покойного царя, которой действительно предлагали корону, но она отказалась под предлогом глубокой своей старости и болезней.
Третия сторона желала видеть на престоле принцессу Елисавету, дочь Петра I.
Наконец, четвертая старалась о герцоге голштинском, мать которого была старшею сестрою принцессы Елисаветы.
Но обе последние стороны были так слабы, что о предложении их даже и не рассуждали.
Тут дом Голицыных, упавший было во время владычества Долгоруковых, поднял голову и вздумал ввести образ правления, подобный английскому. Князь Дмитрий Голицын, член Верховного совета, заговорил первый, и к нему пристали брат его, фельдмаршал, Долгоруковы и большая часть бывших в собрании и таким образом положили избрать на престол принцессу Анну, вдовствующую герцогиню курляндскую, дочь царя Иоанна, старшего брата Петра I, но с тем чтобы она подписала условия, на которых ее избрали.
...Они ожидали кончины государя, которая и последовала 30 января, как я уже сказал, в 1 час поутру, а в 5 часов Верховный совет, Сенат, коллегии, весь генералитет и полковники, бывшие тогда в Москве, собрались во дворце.
Собрание открыл, за отсутствием государственного канцлера, страдавшего простудою, князь Дмитрий Голицын речью, в которой сказал, что Поелику богу угодно было отозвать к себе государя Петра II, то надлежит подумать об избрании верховного главы для всей Российской Империи, а как вдовствующая герцогиня курляндская одарена всеми добрыми качествами, то, кажется, нельзя сделать лучшего выбора.
Его предложение было принято всеми с громким одобрением, и тут же было приказано генералам объявить о сем войску.
Вместе с сим были назначены три депутата для поездки в Митаву, где они объявят герцогине об избрании ее на царство и проводят ее до Москвы. Депутатами были назначены: от Верховного совета — князь Василий Лукич Долгоруков; от Сената — князь Михаил Голицын, сенатор и брат князя Дмитрия Голицына, а от войска — генерал-лейтенант Леонтьев.
