Между полезнейшими на красноярских горах дикими растениями особливо достойно внимания ревень (рапонтик), который ныне, по большей части, отсель достается. Оный, в случае надобности, медицинской коллегии приказывает красноярская канцелярия нарочным для того собирать за известную цену в особливый ящик; а сии заказывают мужикам под осень рыть по разным местам на горах, особливо вверх по Абакану и по ту сторону Енисея, по рекам Сальбе и Сизыму. Однако самый лучший достается из Удинска, с рек Уды и Бирюзы. Сии коренья обыкновенно суть волнистого рапонтика[161] Я не знаю, сырости ли мест около приторных рек, где он родится, или климату, или наиболее дождливому месту приписать должно, что корень у старого ревеня, который часто очень велик бывает, в верхнем коленце всегда гнил находится. Внутренность в корне до самой коры всегда в желто-темную, сердешную, вкусом горькую и вяжущую материю превращается. И так только, что круглые от больших отпрыскивающие корешки в медицину употребительны, почему в общем житии и называют сибирский рапонтик по сходству с черенковым ревенем. В 1771 году зимою из Красноярска отправили его в Тобольск для медицинской коллегии пятьсот одиннадцать пуд и десять фунтов. Можно бы его несравненно лучше и сильнее делать, если бы для приготовления его другое последовало учреждение, нежели как какое добыватели оного имеют. Лишь только свежие коренья добудут, тотчас дома оные облупают и, разрезывая на части, сушат в большом тепле, от чего теряет он свою крепость и, сморщившись, засыхает, так что он сколько действием настоящему ревеню подобен, столько чрез сие делается отличен. Напротив того, у меня частию из Удинска, а частию с Саянского хребта полученные корешки, кои я, завялив совершенно и хорошие облупя, сушил повешенные на вышке в теплой избе, нимало не попортились; они столь крепки и цветны были, как самый лучший китайский рабарбар, да и силою мало чем различны, а, напротив того, просто приготовляемого рапонтика во вкусе и действии много превосходнее. Если б возможно было найти где-нибудь в сибирских горах рапонтик, у коего б стволовый корень был не ржавый, то, обиходя сии коренья вышеописанным образом, я б не усомнился сравнить с китайским настоящим ревенем, как в величине, изрядстве и крепости, а может быть, что и в силе мало или ничего не уступил бы.
Во всяком лесе Красноярск, как и большая часть Сибири, имеет великое изобилие, так что самые изряднейшие на строение дерева не многого труда стоит с подлежащих гор на Енисей вывезти и так плотами в город сплавить; выключая клен, вяз и липу, коих в Сибири к востоку не находится, прочие все сорты обыкновенных дерев в излишестве, также и кедры растут на Мане-реке, почти дома. Около Абаканска при Енисее находится весьма много некоторого хорошо пахнущего деревца, коего смолистые почки в зимнее время любезнейшею тетерям служат пищею, от которой все черева[162], наконец, приятнейшим в свете запахом заражаются. Из деревцов особливо находятся черемуха, боярышник и еще другое, на боярышник похожее, по речке Каче в множестве и до хорошей вышины вырастают.
Зимою Красноярск дичиной и разными звериными шкурами весьма доволен. Ловля таковых зверей, коих шкурки в нарочитой цене становятся, собственно, принадлежит сибирским народам, кои ими и оброки свои оплачивают, и единственным себе упражнением считают. Однако многие и русские крестьяне не упускают в праздное время равным образом оною пользоваться. В таких случаях или тайно в близости на горностаев, белок и других, какие попадутся, силки и ловушки поставляют, получа на то позволение или от главнейших татарских князьков, или от приказу; иначе, в первом случае, должны много опасаться, чтоб не быть от татар примечену, пойману и тут же наказану или в приказ отослану, от коего в таких обстоятельствах, по сибирским правам, прощения никак надеяться не можно.
Соболи в Красноярском уезде попадаются в нарочитом множестве и суть двоякого сорту: одни никуда не годятся, так, как и томские долгохвостые, иссера; приходят по большей части с Июсских гор и с Чулыму, другие, которые промышляются лучше по Саянскому хребту. За Енисеем, особливо около реки Оя и по другим из гор в Кубу текущим речкам, они имеют ось низкую и обыкновенно нарочито черны, только что очень седы. Большая часть из сих имеют на шейке под горлом желтоватое пятно, так, как у куницы, от коей они, однако, другими, соболям собственными признаками легко отличествуют. Впрочем, все красноярские соболи редко ставятся высоко, и удинские всегда пред ними имеют превосходство как в оси, так и в цвете.
Волки как в Красноярске, так и во всей почти Сибири нарочито вытравлены. Лисиц еще-таки по некоторым местам довольно; а снизу случается, что привозят в Красноярск высокой цены и черных, и черно-бурых лисиц.
