В ту же ночь в Москве случилось печальное происшествие на свадьбе у капитана Стата. На свадьбе этой два лекаря плясали со своими женами, как вдруг явились туда и два офицера, которые вздумали было отнять у мужей их жен, с тем чтобы самим поплясать с ними. Произошла ссора, кончившаяся тем, что один из офицеров, состоявший на службе его величества, по имени Бодон, обнажил шпагу и проколол ею насквозь одного из лекарей, называвшегося Гарре, родом француза. Не имея ничего для обороны, лекарь упал и тут же умер. В то же время другой лекарь, по имени Гови, ранен был другим офицером, капитаном Саксом. Почувствовав рану, Гови зажал ее пальцем и обратился было в бегство, но капитан погнался за ним и заставил его вбежать опять в свадебную комнату, где он и упал без чувств подле своего товарища. Но здесь один из друзей Гови, уняв кровь, истекавшую у него из раны, привел его в чувство. Названные офицеры до этого еще стали было приставать к госпожам, что один из бывших там лекарей, схватив шпагу, а другой, вооружившись стулом, заставили их удалиться из комнаты. Раздраженные сим офицеры снова ворвались в комнату, сделали вторичное нападение на сказанных лекарей и тут-то, на глазах всего общества, совершили описанное выше убийство. Нетрудно представить себе всю сумятицу и ужас, какой произвело это происшествие. Пользуясь суматохой, офицеры скрылись и были взяты только через два уже дня и заключены под стражу. Полковник их, сам бывший свидетелем убийства, уговорил слугу своего разными льстивыми увещаниями принять преступление на себя и заявить, что это будто бы он нанес смертельный удар, обещая ему за то прощение и свое покровительство. Этот невинный слуга поддался на это и принял на себя всю вину. Однако ж, когда его призвали к допросу, он признался во всем и указал действительного убийцу, но было уже поздно, как увидим это ниже, в своем месте.
В это время царь порешил отправиться в Воронеж в сопровождении нескольких русских вельмож и нескольких немцев, которые и получили приказание изготовиться к этой поездке. 25-го числа я также получил приказание через г-на Кинзиуса, который объявил мне накануне еще, что его величество желает, чтобы я до моего отбытия из его государства взглянул на эту местность, на имевшиеся там корабли и на все, достойное там примечания. Я принял повеление и приготовил все необходимое мне для такого путешествия.
Между тем приблизилось время бракосочетания боярина Ивана Федоровича Головина[53], сына Федора Алексеевича Головина, первого государственного министра, с госпожою (Анною) Борисовною Шереметевой, дочерью Бориса Федоровича Шереметева, фельдмаршала, который отправляем был его величеством во многие посольства, и особенно к венскому двору, где он приобрел большое расположение и получил Мальтийский орден.
