Правда вроде есть, но Справедливости не хватает. А где Справедливость появилась, там Правды нет. А в иных местах нет ни Справедливости, ни Правды, зато, говорят, есть Закон, и о чeм ни спроси — в печатные буквы пальцем тычут.
Игорь Матвеевич сунулся по старой памяти к старому приятелю: нет ли какой правды для меня, учитывая заслуги?
Есть, сказал старый приятель. Сколько угодно — но за наличный расчeт!
Илья Матвеевич, углядев проруху, воспламенился, привычной рукой письмо написал, — ни ответа, ни привета. Явился лично: «Где правда, мать вашу, извините, так?!». А ему: «Иди и бери, нынче частная инициатива приветствуется. Во-о-он там, видишь?». Илья Матвеевич увидел, помчался, ухватил было, а ему по рукам, по рылу, под дых! — еле живой домой приполз.
Иван Матвеевич, дыша воздухом свободы, пришeл к бывшим единомышленникам с советом, как теперь Правдой распорядиться, ибо в сумасшедшем доме накопил много здравых на этот предмет рассуждений и проектов. Но единомышленникам было не до того: они публично грызлись друг с другом. Илья Матвеевич стоит, смотрит, слушает, ничего понять не может. Один из них кричит: «Вали к нам до кучи, у нас тут вовсю баллотировка! У тебя авторитет, ты в психушке сидел, нам такие позарез нужны!». Илья Матвеевич вспыхнул гражданским чувством необходимости — и полез в кучу. Тут ему кто-то подножку поставил, он упал, по нему подошвами прошлись…
И вот он, день нынешний.
Что с братьями?
Плохо с братьями.
Игорь Матвеевич сидит угрюмо дома и хворает морально. Илья же Матвеевич и Иван Матвеевич хворают физически: у одного печень отбили, у другого почки оттоптали.
А главное: не ищут они уже правды и не хотят искать.
Рухнула вековечная цель Правдоискателя. Нет правды на земле, — о чeм их ещe поэт Пушкин предупреждал. Ни шкурной (но дармовой и по заслугам), ни бытовой (но по справедливости), ни, тем более, идеальной. Никакой нет.
В других некоторых странах глаза давным-давно протeрли и о Правде даже не помышляют. У кого Закон, у кого Обычай, у кого Сила, — везде своe мерило.
Может, оно и не так плохо, но российскому Правдоискателю теперь что делать?
И осенила его страшная мысль: не в том суть, что правды нет, а в том, что еe никогда и не было! И не закадычный враг его государство, не Система, не Режим, не учрежденья власти и прочие подразделения виновны в отсутствии и недостижимости Правды, а — сам его величество человек.
И в одночасье — исчез Правдоискатель.
…Утешает одно: братья Игорь Матвеевич, Илья Матвеевич и Иван Матвеевич, раньше недолюбливавшие друг друга по разным причинам, теперь помирились. Сходятся теперь пенсионным делом чаю попить. О погоде говорят, о мелочах текущей жизни. О правде — молчок. Больно.
Не путать с тем, кто в данной энциклопедии назван Адюльтерщиком. Тип российского Распутника восходит к понятию «распутье».
То самое, на котором витязь был. Камень, на камне надпись. Направо пойдeшь — коня потеряешь, налево пойдeшь — голову сломишь, прямо пойдeшь вообще тебе каюк. Витязь, естественно, героическим сказочным обычаем выбирал каюк. Но сказочным же обычаем вместо каюка получал часто царевну и полцарства впридачу.
Отсюда ясно, почему российский Распутник, если взять его в историческом, извините за выражение, разрезе, так часто лез на рожон: бабкиных сказок наслушался. Но ведь человек современный, кроме сказок, знает ещe и художественную, и научно-популярную литературу, ему бы на этот самый рожон лезть не пристало. Но — живуч, извините ещe раз за ещe одно выражение, архетип! — и нынешний Распутник, несмотря на цивилизованность, продолжает детски веровать, что именно там, где судьба грозит ему каюк устроить, на самом деле — и принцесса, и полцарства.
Если б только знать, где этот каюк, где этот рожон! Нет камня, нет надписи, и вместо одной дороги в глазах Распутника всегда как минимум десять, от этого все его муки.
Он всегда на распутье, и всегда в уме его одно и то же: «А вдруг?».
А вдруг не то выбрал? Не туда пошeл? Не то сделал? Не так сказал?
Постоянная проблема выбора, в общем-то, и составляет суть существования. Тут и говорить не о чем. Большинство людей, чтобы не сойти с ума, тайно или явно убеждают себя, что выбрали единственно верный путь. О других путях они просто стараются не думать. Представитель же типа, который я условно назвал Распутником, не думать об этом не может. И он знает, что это плохо, это опасно, и каждый по-своему ищет какой-то выход из сотни одновременных тупиков.
Николай Зуев заболел распутничеством с детства. Когда другие мальчики хотят как можно быстрее вырасти, чтобы начать взрослую самостоятельную жизнь, Николай с ужасом думал, насколько безграничные просторы откроются перед ним — и каждый день, каждую минуту надо выбирать, выбирать и выбирать!
Поступать в институт — в какой? Жениться — на ком? Работу выбрать какую? С ума можно сойти!
