Давайте уж будем говорить «Джоан Роулинг», а не «Роберт Гэлбрейт», ведь мистификация была разоблачена ещё в аннотации к начальному роману о сыщике Корморане Страйке: «Это первое произведение Дж. К. Роулинг, созданное в детективном жанре и подписанное именем Роберта Гэлбрейта». Дизайн обложки романа «Смертельная белизна» отображает зачитанный переплёт, потёртый и с прорехами – модель отношения читателей к «конформистской» литературе: не признаются, а зачитывают до дыр.
Перед нами снова любимый герой Роулинг – душевно травмированный изгой. Парень пришёл к Корморану Страйку, в нервном тике постоянно прижимает сжатые руки к груди и бормочет что-то о закопанном близ старинного поместья ребёнке. Уединённый старый особняк, некогда зарытый в ближнем овраге кадавр, как и принц Гарри, появляющийся в светском эпизоде, – столь же конъюнктурные британские детали, как если бы в русском детективе кого-то утопили в бочке с солёными огурцами. Но писательница пользуется ими сознательно и умело. Парень совсем плох: Страйк всё время «возвращается мыслями к запуганному, немытому, бесспорно нездоровому Билли, одержимому неким воспоминанием – возможно, далёким от реальности, но от этого не менее жутким».
Страйк знаменит, но гонораров от этого не прибавилось, он по-прежнему ютится в небольшом офисе. «С тех пор как пресса раструбила об агентстве, туда потянулось множество всякого рода странных, неуравновешенных личностей, и «коробки для шизы», как Страйк, невзирая на протесты Робин, называл архивы писем от такой публики, занимали уже больше половины конторского шкафа». Детектив занимается слежкой за неверными мужьями, но снова берётся за дело, которое явно не принесёт денег – лишь одни неприятности. А ещё он желает вернуть в штат свою рыжеволосую помощницу Робин Эллакотт, которую сам же в прошлом романе и уволил, посчитав её работу слишком опасной – Робин и вправду хлебом не корми, а дай залезть в самое пекло поперёк батьки-шефа. Тем временем Робин, обидевшись на весь мир за то, что потеряла любимую работу, выходит замуж за финансиста Мэтью, парня неплохого, но довольно эгоистичного, который, как ни странно, совсем не хочет, чтобы подруге оторвал голову какой-нибудь маньяк.
Длинное описание свадебных хлопот выглядело бы заигрыванием с читательницами, если бы не вывод, опровергающий мещанские воззрения: «Её родители потратили на сегодняшнее торжество не одну тысячу фунтов. В переполненном зале гости не могли дождаться, когда же молодые займут места за центральным столом. Робин, бледнее своего подвенечного наряда, последовала за Мэтью, и зал взорвался аплодисментами». Смысл свадебного ритуала, важного, бывает, что и единственного в жизни, заключается в нём самом: нельзя разочаровывать знакомых, некоторые из которых из высшего света. Тем более что заплачены большие деньги. Robin – с английского «малиновка», птичка, порхающая и неуловимая. Невеста уже готова скандальным образом сбежать, вернуться в пыльную мансарду, которая служит офисом Страйку, но удерживается, чтобы не обидеть родителей, знакомых, да и зануду-Мэтью жалко… Здесь начинается тот психологизм, что роднит криминальные триллеры Роулинг с «большой» литературой.
