Россолински полностью

Многие евреи были убиты на территории Украины именно во второй половине 1942 г., когда гетто уже были расформированы. В ходе «Операции Рейнхардт» (Aktion Reinhardt) часть евреев, проживавших в округе Галичина, были депортированы в лагерь смерти в Белжеце (ил. 260); другие были расстреляны. На Волыни (Рейхскомиссариат Украина) евреев расстреливали возле гетто, в окрестных лесах или в полевых условиях, чем занимались подразделения сил полиции безопасности (Sicherheitspolizei) и службы безопасности (Sicherheitsdienst). Впоследствии все расстрелянные были погребены в братских могилах, вырытых советскими военнопленными (POW, prisoner of war, англ.), местными крестьянами, украинскими полицейскими или самими евреями. На Вольши уничтожение евреев в основном закончилось к декабрю 1942 г., в Восточной Галичине -к июлю 1943 г. Как при расформировании гетто, так и во время расстрелов украинские полицейские, как правило, были не менее жестокими и рьяными, чем немецкая полиция или офицеры гестапо. В одном из случаев, произошедших во время массовой депортации евреев из Львовского гетто в августе 1942 г., украинский командир вспомогательной полиции даже выразил недовольство тем, что члены организации Тодта препятствуют ему в выполнении его обязанностей¹²¹⁹.

Не менее значительной была роль украинской полиции и в массовых расстрелах. Полицейские помогали немцам в идентификации евреев, используя при этом списки, которые иногда составлялись органами местной украинской власти или простыми украинцами, часто - бывшими соседями будущих жертв. Украинские полицейские также конвоировали евреев до мест массовых убийств и следили за тем, чтобы те не сбегали (обычно евреев расстреливали немцы,

но иногда — и сами украинские полицейские)¹²²⁰. В своем исследовании Холокоста на Волыни Шмуэль Спектор приводит описание одного из многочисленных расстрелов, которые произошли до того, как евреев согнали в гетто. Днем 12 августа 1941 г., по словам женщины-свидетельницы, потерявшей родственников во время этой бойни, «два грузовика украинских полицейских и убийц из гестапо въехали в городок [Горохов]. Через несколько минут вся украинская молодежь, которая, вероятно, подготовилась заранее, вызвалась им помогать. Всего через каких-нибудь два часа около 300 человек, в том числе детей в возрасте 14 лет, были схвачены на улицах или изгнаны из своих домов. Чрезмерное усердие и энергия, все это постыдное поведение, которые демонстрировала украинская молодежь в отлавливании евреев, не поддается описанию.

В насильственном выдворении евреев из своих жилищ немцы участия не принимали. Это с чистой совестью было сделано нашими украинскими соседями, которые жили рядом с евреями на протяжении поколений. Гимназисты, сыновья народа убийц, вытаскивали своих еврейских товарищей-соучеников из их домов. За несколько минут соседи, много лет жившие рядом с евреями, превратились в хищников, охотившихся за ними. В течение короткого времени невинных жертв, моего мужа, моего брата и моего зятя, пригнали во двор милицейского отделения и удерживали там в течение нескольких часов.

Спустя какое-то время группу людей привели в парк, где им приказали выкопать большую яму. Как только дело было сделано, невинных жертв группами приводили к этому месту. Люди не догадывались о том, что им предстоит. Украинская милиция превосходно справилась со своей задачей. Никому из невинных жертв не удалось убежать. Расстреливали жертв немецкие убийцы, которые прошли для этих целей специальную подготовку. В шесть часов вечера все закончилось»¹²²¹.

Однако в отдельных случаях украинская полиция не только конвоировала евреев, но и участвовала в расстрелах. 6 сентября 1941 г. в Радомышле зондеркоманда 4а расстреляла 1107 евреев зрелого возраста. Содействовавшая ей украинская полиция собственными силами провела расстрел евреев молодого возраста в количестве 561 человека¹²²². На допросе в НКВД, проводившемся в июле 1944 г., Яков Островский заявил, что в результате двух известных ему расстрелов было убито 3 300 евреев, из них 1 800 человек - немцами, а 1500 человек - украинской полицией¹²²³. По словам Станислава Блажевского, украинский полицейский Андрей Добровольский (из с. Малые Садки на Волыни) хвастался, что он самолично убил

ЗОО евреев¹²²⁴. Иоахим Минцер в своем дневнике в 1943 г. писал, что «казни в тюремном дворе» проводились «главным образом украинскими полицейскими». Он установил, что одним из усердных карателей был некий Бандровский, который «любил расстреливать евреев на улице»¹²²⁵.