3 июля 1941 г. украинские милиционеры вывели из квартиры «на работу» Лейба Велицкера, его брата и его отца. Их привели к зданию милиции, перед которым уже стояла группа евреев. Милиционеры отобрали молодых евреев, отвели их в подвал и избили там железными прутьями. Некоторые из них не смогли больше подняться. Остальные были доставлены на спортивную площадку на Пельчинского, на пути к которой их избивали милиционеры. Квалифицированных рабочих немцы отправили домой, а остальных в течение двух дней удерживали на площадке без еды и питья. В течение всего этого времени немцы и украинские милиционеры подвергали их пыткам, избиениям и жестокому обращению. Лейб и его отец наблюдали, как евреев куда-то увозили на грузовиках. Однако сами Велицкеры, отец и сын, вместе с другими евреями через два дня были освобождены954. Симона Визенталя (ил. 102) и еще примерно сорок евреев арестовали 4 июля 1941 г. и доставили в тюрьму. Их выстроили в ряд лицом к стене и приказали ждать казни. Однако, в отличие от многих других, Визенталь не был убит. Незадолго до того, как подошла его очередь, палач услышал от своего командира: «На сегодня хватит!» (Schluß für heute Feierabend!) На ночь Визенталя оставили в тюрьме, однако казни удалось избежать: его спас украинский милиционер, с которым он был знаком еще до войны955.
7 июля 1941 г. немецкие солдаты схватили Элияху Йонеса и других прячущихся евреев и приказали им разбросать известь по поверхности одного из дворов «Бригидок». По прибытии на место Йонес был ошеломлен запахом разлагающихся тел. Он вспоминал, что земля под
ногами была мягкой, как смола, и была покрыта трещинами шириной в пять сантиметров, поскольку не могла впитать в себя столько тел, сколько их было закопано на этом месте956.
После погрома львовские евреи были лишены прав и объявлены vogelfrei (вне закона). Ограбления их квартир часто происходили в присутствии жильцов. Евреям разрешали выходить на улицу только два раза в неделю: для покупок продуктов и других товаров957. По словам Генрика Шипера, это правило было введено Юрием Полянским (ил. 116), которого Державне правління Стецько назначило посадником міської управи Львова. Немецкие и украинские полицейские регулярно арестовывали евреев в их квартирах или на улицах города и привлекали их для выполнения различных «общественных» работ. Вечером 2 июля организованное насилие прекратилось, но убийства и издевательства продолжали происходить958.
Число жертв первого погрома, продолжавшегося с 30 июня по 2 июля 1941 г., оценить трудно. По оценкам юденрата, в первые дни оккупации Львова было убито около 2 тыс. евреев959. В отчете немецкой службы безопасности от 16 июля говорится, что «полиция задержала и расстреляла 7000 евреев»960. Историки Дитер Поль и Элияху Йонес, изучавшие погромы, пришли к выводу, что в эти дни погибло 4 тыс. евреев961, в то время как другой историк, исследовавший эти события, Кристоф Мик, считает, что было убито 7-8 тыс. евреев962.
Восстановление хронологии погрома показывает, что эта акция имела тщательно организованный характер. С немецкими формированиями, в состав которых входили подразделения полиции безопасности (Sісhеrhеitsроlіyеі) и внутрипартийной службы безопасности NSDAP (Sісhеrhеitsdіепst, SD), а также айнзацкоманды из айнзацгруппы С тесно сотрудничала и украинская милиция, созданная ОУН(б). По всей видимости, немцы согласовали дату погрома с ОУН(б) не позднее вечера 30 июня 1941 г., то есть вскоре после того, как они осознали, насколько популярной и мощной была ОУН(б) во Львове и какие манипулятивные и возбуждающие ярость возможности откроются перед ними, если они покажут местным жителям тела жертв НКВД. Немецкие и украинские исполнители преступлений не оставили никаких письменных документов, связанных с подготовкой к погромам, но другие источники свидетельствуют об этом вполне определенно. Например, по словам одного из свидетелей погрома, украинский милиционер предупредил об опасности еврейку, в которую он был влюблен. Он сделал это 1 июля в 5 часов утра, то есть за несколько часов до начала этого события963.
По-разному вели себя и немецкие военнослужащие. Некоторые из них снимали погром на пленку. Одной из причин такого поведения