Сигнальное слово – «Рисса». Коротко, как выстрел.
– …и зовите самых сильных сюда. Это она, пока в цепях, смирная. А цепи сниму – лютовать начнёт. У нас в Жероне беседку садовую изломала… Лучше подождём, в кузов не лезьте. Дикая она, я не шучу!
Развернуться в тесном закутке лицом к выходу. Вытереть потные ладони.
– Пятнадцатая! Встать!
– Не реагирует, товарищ Салле!
– …посттравматический синдром…
– …экскориация…
– Да цела она, цела! Пятнадцатая! Встать, тебе говорят!
– Зовите начмеда, он в пренатальном!
– …срочно «узи» малого таза… анализы…
– Пятнадцатая, спокойно… Всё кончилось. Ты дома.
– …а вокруг вместо забора каменная стена. – Арон остался в кабине дать нам расклад. – Будка вахтёра справа, метров шесть. Окно открыто, дверь не заперта. Ворота – автоматика, уже закрылись. Парадный вход – впереди, метров тридцать. Дверь – металл, открыта настежь. Окон… нет вообще.
– Гай – вахтёр и ворота, – распорядился Халлар.
– Понял.
– Идут четверо, вроде охрана, – доложил Арон. – Кобуры расстёгнуты.
«Бесшумку» – с плеча. Снять предохранитель.
– Ой, товарищи, простите дурня! У меня ключи-то от кандалов в кабине! – Лиенна смылась с линии огня.
– Вот и Белех, наконец-то. Срочно доставьте омегу в смотровую.
– Пятнадцатая, встать! Выполняй приказ!
Лязгнули цепи – малышка пошевелилась. Кто-то ахнул, загудели голоса.
– Она услышала…
– Реагирует…
– А то уже беспокоиться начал…
– Я не пятнадцатая, – прозвенело ледяным тоном. – Моё имя… Рисса.
Удар коленом – фанера вылетела вперёд. Свет резанул глаза.
Лица, лица, лица, бело-голубое. Рисса в упоре лёжа – как на тренировке.
«Бесшумка» вздрогнула, застрекотала длинной очередью наугад. Гулко выплёвывала одиночные таровская «муха», зашёлся выстрелами АМ-300 Гая.
– А-а-а-льф…
Бело-голубые костюмы медиков окрасились алым. Толпа перед фургоном сложилась, как кегли в игре в шары. Взмахнув руками, Рисса стряхнула цепи, прыжком вымахнула на дымящийся кровью асфальт. Мы высыпали за ней.
Солнце рухнуло на плечи, выдавливая влагу из тела, ослепило. Над широкой пустой площадью нависала облицованная рыжим гранитом коробка Института, как гигантское надгробие. Действительно, без окон. Неуместным пятном выделялась входная дверь с распахнутыми настежь створками. К ней мчались двое выживших.
Заревев движком, фургон сорвался за ними с пробуксовкой. Бегущих намотало на капот, под колёсами влажно хрустнуло.
В вахтёрской будке у въезда стоял грохот. Сквозь окно было видно, как внутри Гай крушит пульт управления воротами. Торчали кишки проводов.
Мы уже неслись ко входу, прикрываясь пулями. Кто-то из коммунов попытался захлопнуть дверь, тут же растянулся на пороге.
– Тар, сколько этажей? – спросил я.
– Девять стандартных. Общая высота двадцать восемь.
Охренеть! Тут дня мало будет!
Добежав до стены, мы прижались к ней.
– Карвел, Гай – справа, мы с Дарайном слева. – Халлар сорвал чеку, забросил гранату в холл.
Шандарахнуло; из холла пахнуло жаром и пылью. На входные ступени сыпануло гранитной крошкой.
– Жди, не суйся. – Я отпихнул Риссу и ворвался в дым.
Просторно, свет, цветы в горшках, блестящий пол, стекло… Кровь.
Я метнулся влево за Халларом, «бесшумка» заклацала короткими очередями – по кожаным диванам, креслам, по папкам за стойкой с надписью «Администратор».
Прострелить всё, где можно укрыться. Вперёд, в белый дым, перескакивая распластанные по полу бело-синие униформы в багровых кляксах.
Справа споткнулся Карвел, прижался к стене, зажимая ладонью бок. Я машинально отпрыгнул, скрылся за стойкой.
Охранники очнулись и отстреливались из-за метровой пластиковой ограды. Оттуда доносились тревожные голоса:
– Нападение!
– Побег?
– Опять Холлен?
– Нет, сигнала не было.
– Сорок пятый?
– Сбежал, мразота?
– Прикрой, – Халлар пнул меня по сапогу.
Я выставил дуло из-за угла, затарахтел пулями вслепую. Халлар поднялся, его граната, описав полукруг, скрылась за оградой.
От грохота заложило уши. Мы с Халларом рванули к ограде, расстреливая всё, что ещё могло шевелиться.
Когда осела пыль, на покорёженном пластике проступила надпись «Дежурный пункт охраны», а на стенах – требуха от дежурных.
Двери по бокам коридора распахивались от моего лёгкого пинка. Вторая… Третья… Ворваться – короткой очередью по углам – крики, стекло, аппаратура, кровь, пусто, дальше. Всё, тупик, последняя дверь.
Сердце молотило в горле, мелко дрожали пальцы. Я только сейчас услышал монотонные гудки тревоги из динамиков где-то у потолка – через каждые секунд пять.
– Никого. – Карвел захлопнул последнюю дверь со своей стороны и опустился на сверкающий чистотой пол прямо посреди коридора. Край его разгрузки набух кровью. Пошарив по карманам, он вытащил красный шприц с антишоковым и всадил иглу через ткань.
Я подскочил к нему.
– Ну-ка, покажи.
– Навылет, – отмахнулся Карвел, вытащив из разгрузки бинт. – Иди.
– Что за… херня со мной… – послышалось рядом.
Цепляясь за стену, Гай пытался подойти к нам. Его ноги подкосились, АМ-300 выпал из руки, и Гай завалился на пол, гулко ударившись головой.
Я бросился на помощь.
– Брат! Эй! Ты чего?
