ДЖОН ЛАЙДОН: На первых этапах нашего американского тура люди из Warner Brothers пришли на наш концерт, и я четко помню, как один из них сказал: «Ничего особенного в вас нет. Вы всего лишь подражаете Роду Стюарту!» Тогда-то Малкольм и начал считать, что мы – Род Стюарт. Он говорил мне, что у меня такая же прическа, как у него. У меня не укладывается в голове, как именно и почему он так решил. Если люди хотят быть мерзкими, то они видят только то, что хотят видеть.
Если бы хоть один раз он сел и обсудил с нами все, что происходило, все могло бы проясниться. Если уж мы должны были разойтись по разным дорогам, то нужно было сделать это как положено, а не ставить нас в такое положение, при котором мы друг друга ненавидели. С его стороны было слишком трусливо убежать, когда все накалилось до предела. Я не понимаю этого и по сей день. Может быть, он просто не мог нам возражать. Он мог сказать это Полу и Стиву. Пока Сид был под наркотой, он плыл по течению. Сид тогда чертовски ненавидел Малкольма. Он хотел просто его прикончить.
У Малкольма во время нашего тура по Америке возникла еще одна тупая идея – позвонить Чарльзу Мэнсону[65]. Какая прекрасная мысль! Он хотел, чтобы Мэнсон самолично снялся в его фильме, или, что еще хуже, чтобы следующую пластинку мы записали в тюрьме.
В этом была непроходимая тупость Малкольма. Нонсенс, чушь, бред, настолько, насколько это возможно, далекий от реальности.
Малкольм везде ходил с Полом и Стивом. Я оставался в автобусе с Сидом и командой Hell's Angels. Сиду очень нравилось, как вели себя байкеры. «Мы такие крутые, – лили они ему в уши. – Мы одеваемся как хотим и носим какие угодно цвета!» Сид слушал их с вытаращенными глазами. На следующей остановке Сид, конечно же, покупал пару байкерских ботинок, чтобы быть на них похожими. Кожаную куртку он уже носил. Сида вообще было легко впечатлить всякой белибердой.
Где наши гребаные деньги? Почему у нас нет комнаты в отеле? Почему мы не летаем на самолете? Мне пришлось взять автобус, потому что Сид никогда в жизни никуда бы не поехал с Малкольмом, и проблемы Сида взвалились на мою спину. Но все было хорошо, потому что Сид был моим товарищем. Малкольм не знал, как иметь дело с людьми. Он был хорош только тогда, когда его слушали, раскрыв рот. В других случаях он просто закатывал истерику и убегал, как избалованная, мстительная маленькая школьница.
ПОЛ КУК: Разрыв был непростым решением, и особенно хорошо я понимаю это сейчас. Наша последняя встреча с группой прошла просто ужасно. Джон уже тогда собирался ехать в отель. Малкольм был на него очень зол, и мы со Стивом тоже. Когда Джон появился в «Миако», Стив и я находились в комнате у Малкольма и рассказывали ему, насколько мы злы. Я не знаю, что произошло между Джоном и Малкольмом относительно путешествия в Рио. Но Джон не хотел ехать, а нам со Стивом просто требовался перерыв, потому что нам еще предстоял тур в Швецию. Мы никак не могли взять с собой Сида в том состоянии, в котором он был. Однако мы думали, что, слетав в Рио, мы отдохнем, наберемся сил и расслабимся. Я лучше бы поехал туда, чем обратно в Англию или Швецию, или остался в Америке.
Малкольм, Стив и я спустились на ресепшен отеля, и Джон был там. Стив сказал Джону: «Это уже слишком. Ситуация накаляется, и мы больше не можем на это смотреть. Все рушится!» Я сказал, что согласен с ним. Надо отдать должное Джону, он попытался удержать все, что происходило. Он сказал нам, что мы глупы и должны избавиться от Малкольма. Мы же ответили, что не считаем это выходом из ситуации. Но в конце оказалось, что Джон был прав.
ДЖОН ЛАЙДОН: Когда я прибыл в отель «Миако» в Сан-Франциско, никто, кроме Джо Ственсона, ничего не сказал мне про отель. Малкольм не выходил из комнаты, и не хотел со мной общаться. Я не знаю, где в этот момент был Сид. Никто из людей Малкольма со мной не разговаривал, поэтому я ничего не знал. У меня не было комнаты в отеле «Миако», и никто, кто знал хоть что-то, не проронил ни слова. У меня не было в распоряжении билета на самолет. Когда я позвонил на лейбл Warner Brothers, они меня не узнали, выяснилось, что они уверены, что я вернулся в Лондон. Звукозаписывающие компании, в основном, общаются с менеджерами. Они никогда самостоятельно не совершают никаких шагов. Если посмотреть на это с точки зрения здравого смысла, то это разумно. Секретарь на другом конце провода просто рассмеялась: «А, ну да, конечно! Джонни Роттен звонит. Ха-ха-ха! Как будто Джонни Роттен умеет пользоваться телефоном!»
Я тогда подумал:
«О Боже, нет!
Сид не мог ее убить, особенно если учесть, как сильно он был ею очарован!» Даже то, что он сидел на героине, не означало для меня, что он был способен на убийство.
