Сначала – чужаки на земле и в небе. Алисса могла бы их предупредить, но решает этого не делать. Она приказывает северному и южному ганглиям разделиться и вырасти, распространиться по всему городу, образуя сеть, а потом создает новые нервные окончания – сотни, тысячи.
Вот Алисса играет со своей дочерью. Марк извлекает пластиковую куклу из духовки, куда ее засунула девочка. Они смеются – все трое.
А вот уничтожение завоевателей Роузуотера. Алисса хочет, чтобы они убрались из ее города, а заметить их несложно – они воняют, как крысы, разбегаются, как тараканы. Она обрушивает все дроны, и они падают гротескным черным дождем. Самолеты валятся тяжелее, горят дольше.
После душа Лора усаживает Джека в кресло. Ему нравится, что она не испытывает ни отвращения, ни восхищения. Он пытается понять, не изменилось ли ее отношение к нему после смерти Уолтера. Она помогает ему въехать в комнату, где ждет Ханна. Потом Лора уходит, а Ханна передает ему мазь для его культи. Моногидрат лимонной кислоты, метилгидроксибензоат, еще какая-то хрень – ему уже все равно. Ханна не вздрагивает, но он замечал, с каким лицом она порой на него смотрит. Ей нелегко к этому привыкнуть. Сексом они не занимались с самого покушения. Пока он ухаживает за собой, Лора возвращается.
– Пришел Тайво. Он хочет поговорить.
Тайво в полевой форме, но к груди его приколото несколько блестящих медалей. Одному богу известно, где он их взял, потому что Джек их ему не вручал. Тайво заметно толще, чем при их последней встрече. И выглядит довольным жизнью. За спиной у него четверо приспешников, вооруженных винтовками и накачанных амфетаминами.
– Господин мэр, – говорит он.
– Это ненадолго. Неплохо выглядишь.
– В отличие от тебя.
– Что тебе нужно, Тайво?
– Да это просто визит вежливости, в общем-то. Как вижу, у наших врат варвары.
– Тебя это, похоже, не беспокоит.
– Совершенно. Твоя войнушка принесла мне только пользу. Теперь я – награжденный медалями герой, да еще и свободный человек. И богатый впридачу, потому что бизнес процветает.
– Все это не будет иметь никакого значения, когда тебя вздернут нигерийские вояки. Большая часть роузуотерских солдат сбросила форму и попряталась в норы.
– О, меня они не вздернут.
– И все-таки, Тайво, что тебе нужно?
– Я знаю выход отсюда. Ты обошелся со мной честно и справедливо. Я поступлю так же. Идем со мной. Я выведу тебя и твою семью.
Несмотря ни на что, Джек тронут.
– Ух ты. От тебя я этого не ожидал.
– Поторапливайся. Я добуду вам новые чипы и паспорта.
– Я останусь здесь, – говорит Джек.
– Серьезно?
– Серьезно. Я ведь говорил тебе с самого начала: за пределами Роузуотера для меня жизни нет. Это была не шутка. Я никуда не уйду, но ты ради меня уведешь отсюда Ханну и Лору.
Тайво пожимает плечами.
– Ну ладно, призовите восхитительную миссис Жак, и мы отправимся в путь.
– Я вас не оставлю, сэр, – говорит Лора.
– Я что, должен тебе приказать?
– Моя работа – помогать вам. А помощь вам, похоже, все еще нужна.
– Ты поможешь мне, если присмотришь за моей семьей, Лора. – Он не уверен, что это ее убедит.
– Эта верность, конечно, очень трогательна, и я, может быть, даже пролью слезу, добравшись до Майорки, но мне пора. Сейчас или никогда. – Тайво подает сигнал своим людям.
– Дай мне двадцать минут, чтобы попрощаться с женой, – говорит Джек, разворачивая кресло в сторону апартаментов.
– Я даю тебе пять, – кричит вслед Тайво, но без злобы, и Джек понимает, что если понадобится, он прождет и тридцать.
В комнате он начинает было смазывать свои язвы мазью, одновременно убеждая Ханну, но замирает. Язвы, кажется… уменьшились.
– Ханна… – Джек едва способен говорить. Он показывает.
На глазах у них язвы высыхают и от краев к центру зарастают кожей, оставляя лишь маленькие точечки шрамов, которые исчезнут через несколько минут.
– Что это значит?.. – Ханна так же ошарашена, как и сам Джек.
– Это, дорогая моя супруга, значит, что мы снова в деле.
Все именно так, как он подумал. Исцеление означает, что пришелец вернулся в игру, а на голограмме Джек видит, что та парочка каким-то образом уничтожила растение. Купол не просто открыт, его граница как будто непрерывно расширяется. Растительность оживает, на каждом клочке влажной почвы проклевываются кусты, деревья и вьюнки. Плющ взбирается на дома, по пути порастая цветами. По всему городу выросли новые ганглии, а захватчики либо отступают, либо уничтожены. Жители Роузуотера, вновь познавшие исцеление, которого лишились, танцуют на улицах и празднуют.
«У этих паршивцев все-таки получилось».
– Майорка подождет, – объявляет Тайво. – Можем и прямо здесь тропический рай без налогов построить.
– Назовем его пока налогово-дружелюбным раем, – говорит Джек. – Можешь идти домой, или где ты там поселился. Мне еще нужно кое-каких людей разочаровать.
