Аминат обнаруживает, что вернулась в гостиничный номер, в темноту, где компанию ей составляет плач гомункула. Алисса, похоже, разговаривает с ним через окно, но Аминат так устала, что ничего не соображает и проваливается в смоляную черноту.
Она вспоминает. Или видит сон, неважно.
Ее первая лаборатория, где она со своей первой командой впервые исследовала соотношение человеческих клеток и ксеноформ и собирала первые данные. Феми присылает сообщение: «Сотри файлы, распусти команду, убирайся оттуда, я с тобой свяжусь». Аминат исполняет приказ – по крайней мере, находится в процессе исполнения – но колеблется перед тем, как удалить с таким трудом добытую информацию. Тогда ксеноформы получалось выращивать только в живых существах, лучше всего – в печени крыс. Сама команда ученых расходится быстро, и Аминат возвращается в лабораторию, чтобы… Ну, с работой покончено, однако ей нужен повод уйти от Кааро. Он только что рассказал Аминат о связи, которая у него была в ксеносфере с какой-то женщиной, Моларой. Это отвратительно, и ей стоило бы бросить Кааро, но она уже успела полюбить его. Он дурной, плохо одевается и мало в чем разбирается, но под этой поверхностью скрывается боль, а под болью – добрая душа. А еще он очень симпатичный. Аминат не нужна ксеносфера, чтобы это понять. На работу она приходит в смятенных чувствах и – ба-бах.
Взрыв не причиняет боли, лишь бьет по ушам и вызывает дезориентацию. Вместо мук разорванной плоти Аминат ощущает тепло, вокруг нее потрескивает огонь.
– Я услышал твой крик, сестренка, – говорит Лайи, ее брат, гибрид человека и пришельца, окутывая их обоих своим собственным пламенем.
Аминат и Феми находят виновных, подкупленных сотрудников О45, и избавляются от них. Заговорщики отправляются в тюрьмы в Энугу и Кирикири. Люди, которые устроили взрыв, мертвы. Феми показывает Аминат фотографии трупов.
– Я не принимала это близко к сердцу, – говорит Аминат.
– Что ж, тогда я
Аминат не спрашивает, кто такие «мы».
Ее следующее задание – втихую собрать новую команду в новой лаборатории, с как можно меньшим количеством документации.
Проснувшись, Аминат видит над собой одетую Алиссу.
– У нас проблема, – сообщает Алисса.
– Какая проблема? – Аминат замечает, что на второй кровати никто не спал.
– Выгляни в окно.
Аминат протирает глаза и ковыляет к окну, хотя мочевой пузырь у нее переполнен и она с бо́льшим удовольствием сходила бы сейчас в туалет. Какая-то часть ее мозга отмечает, что гомункул унялся.
Она ахает, не в силах поверить в то, что видит.
По улицам текут бурые реки; наводнение затопило первые этажи большинства домов. Машин не видно – похоже, все они ушли под воду. Мимо проплывают деревья. Неужели гроза была такой страшной? За все время, что Аминат живет в Роузуотере, Йеманжи ни разу не разливалась, и она никогда о таком не слышала.
– Это нормально? – спрашивает Алисса.
– Нет, – отвечает Аминат. – Нет, это совсем не нормально.
Они смотрят новости. После самого обычного дождя – в некоторых местах едва дюйм осадков – Йеманжи вышла из берегов. Ленты полнятся видеороликами, снятыми людьми, которые оказались в ловушке своих домов, дронами и находящимися на безопасном расстоянии наблюдателями. Матери, отцы и дети цепляются за импровизированные плавсредства. Рыбаки, живущие и работающие возле реки, перевозят тех, кто не может выбраться сам, на лодках и каноэ. Обитатели трущоб машут с крыш. Некоторые каналы апеллируют к Библии, утверждая, что потоп – это дурной знак для новорожденного государства или небесная кара.
– Нам нужна лодка, – говорит Аминат.
– Это плотина, – говорит Лора. – Они соорудили плотину ниже по течению Йеманжи. Город расположен в долине реки, а Она-око находится в пойме и особенно уязвим для затопления.
– Умно. Ни единого выстрела – а они уже заставили наших граждан цитировать самые апокалиптические места Книги Исхода и просить «Отпусти народ мой». – Джек прогоняет изображение наводнения. – Что мы делаем для этих людей?
– Эвакуация в процессе. Временное убежище пока на стадионе, потом нам понадобится идея получше.
– Заведи базу вторых домов в городе. Я хочу, чтобы все пустые здания были отмечены на карте, а с их владельцами связались. Они должны быть готовы принять людей.
– Да, сэр.
Он звонит Дахуну.
– Давай навестим нашу узницу. Встреться со мной у камеры.
Узница переоделась. Новый костюм проще; Джек предполагает, что ей принесли и что-нибудь, в чем можно спать. Их визит ее не удивляет. Скорее уж забавляет, и глаза у нее поблескивают, как у демона-трикстера.
Она говорит:
– Дай-ка угадаю. Плотина. Наводнение. Религиозные идеи в новостях. Останови меня, когда пожелаешь.
Джек поражен.
– Откуда ты…
– Это я придумала стратегию. Я написала песню, я сочинила мелодию. Вам правда нужно, чтобы мы работали вместе, господин мэр. В финале кубка мира бомбардира на скамейке запасных не держат.
