- С чего ты взяла? Достаточно того, что в этой сказке играет моя дочь. Имею я право оценить твой талант со стороны? К тому же, там ведь и Вадик с тобой будет играть. Вы бесподобно смотритесь вместе.
Как всегда в последнее время, мама опять намекала мне на свою благосклонность к Канарейке. Я же делала вид, что ничего не слышу. Да бог с ней, в конце концов… Пусть приходит. Виталика в костюме Деда Мороза она, по-крайней мере, не сможет узнать. А это самое главное.
У нас с Вадимом костюмов, как таковых, не было. Татьяна Евгеньевна и Ирина Павловна сообща решили, что Кай с Гердой вполне неплохо будут выглядеть в обыкновенной человеческой одежде двадцатого века. Только меня попросили найти платье поскромнее, а Вадиму – рубашку, желательно, хотя бы немного соответствующую оттенку моего платья Задача, вроде бы, пустяковая, однако намучились мы с ней здорово. Во-первых, для того, чтобы отыскать простенькое платьице мне пришлось переворошить все антресоли. Оказалось, что самые невинные вещи, которые я носила прежде, теперь на меня попросту не налезают. А в нынешних новых моя Герда выглядела бы откровенной секс-бомбой. Я уже буквально за голову в панике хваталась, но фактически за день до спектакля меня выручила Маринка Фадеева. Благодаря высокому росту, её старое платье поры шестого-седьмого класса пришлось мне как раз по фигуре и по длине едва доходило до колен. Оставшуюся половину дня перед премьерой Вадим бегал по друзьям в поисках рубашки в коричневую клетку – именно таким был мой непретенциозный наряд. Слава богу, успели. Но расслабляться, тем не менее, было рано.
Спектакль начинался ровно в полдень. Наша актёрская труппа под руководством двух педагогов явилась в Дом Офицеров за три часа до этого. Ничего удивительного – многое нужно было сделать. Установить декорации, настроить освещение, проверить аппаратуру, тщательно загримировать артистов.
- Всем девочкам обязательно ярко накраситься. – Предупредила Воронина, разводя нас небольшими партиями по крохотным комнатам-гримёркам. – Иначе в зале ваши лица будут выглядеть смазанными, никто вас разглядеть не сможет, особенно с дальних рядов. Так что вы уж постарайтесь, девчонки, сами, ладно? Мы с Ириной Павловной не успеем всех загримировать.
В нашей комнате стояло большое зеркало-трюмо. С двух сторон располагались два диванчика. На них все всемером мы уместились с трудом. Маринка первая успела занять место перед зеркалом – она уже и без того была сильно накрашена и теперь придирчиво оглядывала своё отражение.
- Интересно, так сойдёт? Пойду, спрошу у Татьяны Евгеньевны. Чёлка под снегом раскрутилась… Ни у кого щипцов нет?
- Чего бы ты без меня делала? – Сидевшая напротив меня Варя Канаренко, немного покопавшись в своей изящной, компактной сумочке из рыжей кожи, вытащила щипцы для завивки. Как я успела заметить за всё время наших совместных репетиций, Варя ни на миг с этой сумочкой не расставалась. В ней она носила косметичку, которую вытаскивала на божий свет каждые минут сорок – открывала пудреницу, смотрела на себя изучающее, а потом начинала поправлять контур на губах, взбивать пышную челку, водить по щекам мягкой кисточкой. Зачем Варя это делала, я никак понять не могла. Уж кому-кому, а ей-то при желании можно было вообще косметикой не пользоваться, потому что редко мне приходилось встречать такую естественную, природную красоту лица. Однако ей, по всей видимости, хотелось выглядеть еще лучше.
