Он молча подошел к телефону и набрал номер.
— Такси? Примите заказ. С улицы Колнзэ на улицу Жасмэн. Да. Срочно.
Внутри у Жанетт все сжалось. Это был заказ от дома Жан-Пьера до ее квартиры.
Жан-Пьер открыл шкаф в прихожей, выкинул оттуда два пустых чемодана и, не глядя на нее, ушел в кабинет и захлопнул за собой дверь.
Он вышвыривает ее из своей жизни... Глотая слезы, Жанетт быстро собирала свои тряпки. В чем же она просчиталась? Ведь все так удачно сложилось. И мексиканка убралась восвояси, и Жан-Пьер вопреки ее опасениям не закатил ей скандал после сцены с Дульсе, а молчаливо терпел ее присутствие, идя на уступки.
Жанетт полагала, что если он разорвал с Дульсе и продолжает жить с ней, то значит, он все же решил, кто для него дороже. Ведь никакими угрозами его невозможно заставить сделать то, чего он не желает. Она уже не раз в этом убеждалась. Поэтому и предпочитала действовать исподтишка, ведь вода камень точит. Откуда же вдруг такая перемена?
Диспетчер сообщил, что такси у подъезда.
Жанетт подхватила чемоданы. Неужели он даже не выйдет помочь ей? Она подошла к двери кабинета и осторожно толкнула. Заперто.
— Жан-Пьер...— жалобно позвала она.— Я ухожу.
В ответ — молчание.
«Ну ничего,— думала Жанетт, стаскивая чемоданы по лестнице,— ты еще позовешь меня. Сам позовешь... Я дам тебе время перебеситься, и тогда...»
Но что-то в глубине души подсказывало ей, что она потеряла Жан-Пьера навсегда...
Жан-Пьер целый день не мог прийти в себя. Он провел бессонную ночь, запершись в кабинете. Как потерянный он смотрел на газету с объявлением, жадно прикуривая одну сигарету от другой.
Как же он не догадался, что Жанетт его дурачит? Ведь он хорошо знал, что она пойдет на все, лишь бы добиться своего. И он не поверил ей в первый момент. Это Дульсе заставила его поверить. Ее чистая душа не могла представить себе, что можно играть такими понятиями, и ее убежденность в правдивости Жанетт передалась ему.
Жан-Пьер решил было со злорадством отплатить Жанетт, опубликовав в вечерней газете новую рецензию о ее «творчестве», но, поразмыслив, решил не унижаться до мести. Бог с ней, пусть живет, как хочет. Когда-нибудь судьба рассчитается с ней за ее подлость и коварство и она сполна получит той же монетой.
Он порылся в столе и отыскал среди бумаг набросанные Дульсе портреты преступников.
Вот что сейчас важно. Как ему отыскать и обезвредить этих типов? Он вдруг с досадой хлопнул себя по лбу. Болван! Начни с того, как отыскать саму Дульсе. Ведь он даже не знает ее адреса. Ему даже не приходило в голову спросить, где живет Дульсе в Мехико, ведь она все время была здесь, рядом. Хотя у него много зацепок и он профессионал в добывании информации. Красивые сестры-близнецы, одна из которых певица, а другая художница, должны быть на виду в обществе. А в том, что Дульсе принадлежит к кругу местной знати, он не сомневался. У нее были дорогие украшения, но даже не это было важно, а то, что в детстве в нее усиленно вбивали тонкости этикета, которые она с таким наслаждением отринула, вырвавшись из-под родительской опеки.
Он представил себе будущую встречу с Дульсе и улыбнулся. Как приятно будет сказать ей, что он абсолютно свободен и принадлежит ей полностью и навсегда. И у Дульси не останется ни капли жалости к Жанетт, когда она узнает о ее подлом поступке.
Они снова будут вместе, и она будет знакомить его с Мехико, как он ее с Парижем. Они будут смотреть росписи Риверы и Сикейроса, древние пирамиды, сокровища ацтеков и майя. А потом уедут куда-нибудь на побережье и будут бродить ночью по влажному песку пляжа, слушая, как с тихим шелестом ложится волнами к их ногам Великий океан. Жан-Пьер еще никогда не видел океана. Он, наверное, такой же глубокий, безбрежный и переменчивый, как их любовь.
И сердце его то сжималось от тревоги, то наполняясь сладостным ожиданием встречи...
Он с сумасшедшей скоростью стремился переделать до отъезда все редакционные дела. Одна встреча, другая, третья. Да еще на нем висит задуманная редактором серия статей. И репортаж к завтрашнему номеру. И все надо срочно успеть, а ему на ум не идет ничего, кроме Дульсе.
Когда поздно вечером Жан-Пьер наконец-то подъехал к дому, то очень удивился, увидев сиротливо мерзнущих у подъезда Анри и Симону.
— Нам надо поговорить,— буркнул, глядя в сторону, Анри.
А у Жан-Пьера не было больше никакого желания выяснить с ним отношения. Зачем? Ведь он скоро будет рядом с Дульсе.
— Поднимемся ко мне,— предложил Жан-Пьер.
— Лучше здесь,— отказалась Симона, хотя продрогла до посинения. Ей ужасно не хотелось встречаться с Дульситиной соперницей.
Жан-Пьер вдруг понял, почему они отказываются, и расхохотался.
— Не бойтесь, я один,— весело сказал он.— Можете сами убедиться.
В гостиной царил оставленный Жанетт беспорядок. Вещи были разбросаны по всем креслам, когда она впопыхах копалась в шкафах. А посреди валялся перевернутый стол, груда битой посуды и раздавленные персики на ковре.
— Битва при Аустерлице,— скептически заметил Анри.— Похоже, враг отступил с многочисленными потерями.
