Вдруг ход ее мыслей был прерван самым грубым образом. Ее схватили, сильно дернули за руку, так что она чуть не упала, да еще сбоку в это время пронеслась, сверкнув вишневым лакированным боком, машина. Обезумевшая Лус показала всю силу своего темперамента, выдираясь из рук напавшего. «Главное, не дать им затолкать себя в машину, на улице убить побоятся», — билась в ее голове одна мысль. Она даже забыла о том, что надо шуметь и звать на помощь.
Руки, державшие ее, разжались, но злоумышленник и не думал убегать. Да и машина с сообщниками куда-то делась.
— Лус! — вдруг радостно заулыбался незнакомый молодой человек, которого она принимала за бандита. — Да это же Лус! Вот кого я спас! Ну и ну!
— Как это спасли? От кого?
— Лус, да я ведь буквально выдернул тебя из-под машины.
— Постойте, — начала Лус, пытаясь собраться с мыслями. — Я ничего не понимаю. И откуда вы знаете, как меня зовут? Ведь мы незнакомы.
— Вот тебе раз! А-а-а, ты, наверно, переволновалась, вот и не узнаешь старых знакомых. Разве ты не помнишь нашу экскурсию по гостинице «Ореаль» в Акапулько? Давай лучше обопрись на меня, и добредем до ближайшего кафе, еде ты сможешь отдохнуть в успокоиться.
Лус действительно начала успокаиваться. Этот незнакомый парень больше не пугал ее, а при упоминании гостиницы «Ореаль» у нее в голове появилась смутная догадка.
— Постой, ты говоришь, что мы встречались в Акапулько? А когда ты там был? И раз уж ты знаешь, как меня зовут, не скажешь ли ты мне свое имя?
Удивленный молодой человек сказал, что его имя Антонио Суарес, и назвал совершенно точную дату, когда Лус с сестрой действительно были в Акапулько.
Тем временем парочка дошла до небольшого кафе, где были выставлены на улице столики под навесом, и Лус благодарно опустилась на стул.
— Знаешь, господин Антонио Суарес, — с улыбкой сказала она, — теперь я знаю, с кем ты совершал экскурсию по гостинице. Это была моя сестра-близнец.
Антонио недоверчиво смотрел на нее.
— Твоя сестра? И как же ее зовут?
— Дульсе Мария.
— А почему же она назвалась другим именем?
Лус пожала плечами:
— Вот уж не знаю. Наверно, решила пошутить.
Молодой человек, кажется, все еще не мог поверить ей.
— Подожди, а ты разве не художница?
Последние сомнения Лус рассеялись.
— Да нет, это Дульсе художница, понимаешь, моя сестра Дульсе. А я учусь в консерватории.
— Ну понятно, — вздохнул Антонио. — А я уже подумал что ты просто не хочешь меня признавать. Я ведь тебя, то есть ее, разыскивал и даже в полицию из-за этого угодил.
Услышав слово «полиция», Лус похолодела.
— Как это? — только и смогла выговорить она. Антонио, не подозревая о ее смятении, спокойно и даже с юмором рассказал, как он отправился за информацией, прочитав объявление о мольберте в газете.
Лус еще больше насторожилась.
— Ну вот, а человек, проживавший по этому адресу, оказался полицейским, представляешь! Он меня потащил в участок, и они там меня часа два продержали, если не дольше. По десять раз одно и то же спрашивали, а потом просто так держали, как они выражаются, «до выяснения личности». Я так и не понял, чего они от меня хотели.
— Я, кажется, поняла, — чуть-чуть успокоившись, сказала Лус. — Моя сестра действительно потеряла мольберт, а объявление в газете полиция, наверно, дала, когда наш отец послал им запрос. Мы потом получили какое-то странное письмо от некоего комиссара Гарбансы. Он писал, что мольберт найден, но задержан как вещественная улика до завершения расследования или что-то в этом духе. И до сих пор нам его не вернули. Мой отец ужасно негодовал на этих «полицейских чинуш», как он выразился.
— Ну, теперь понятно, — сказал Антонио. — А я ужасно переживал, что ты, то есть твоя сестра, уехала, не оставив телефона или адреса. А теперь скажи, как я могу ее найти?
Лус загадочно улыбнулась:
— Садишься на самолет «Эр Франс» и летишь до Парижа, а там прямо на Монмартр.
— Ты шутишь?
Лус покачала головой.
— Да нет, Антонио, не обижайся. Дульсе действительно уехала в Париж изучать живопись.
— И надолго?
— Пока неизвестно. Вероятно, на несколько месяцев.
— Да, опять не повезло! — Антонио поглядел на нее с грустной улыбкой.
Лус тоже улыбнулась.
— Надо же! А я еще приняла тебя за бандита. — При этих словах она вспомнила о том, как необычно началось их знакомство. — Послушай, Антонио, — сказала она, — ты говорил, что выдернул меня из-под машины. А куда же она тогда делась?
— Умчалась, конечно. Этот растяпа за рулем, который тебя чуть не сшиб, видно, не такой уж и растяпа, когда нужно удирать от ответственности. Жаль, я номер не запомнил, только точно могу поручиться, что один ноль там был.
— А машина была вишневая?
— Да, вот за это я могу поручиться. Только я свернул на эту улицу, и сразу такая сцена прямо перед моим носом — идет девушка, а ее сзади догоняет на бешеной скорости автомобиль и неминуемо должен в нее врезаться. Знаешь как в фильме ужасов, да еще крупным планом.
— Как ты только сумел сообразить, что меня надо отдернуть в сторону?
