— Да я, честно говоря, и не сообразил. Рука сама выбросилась вперед и отодвинула тебя с дороги. Это как в спорте. Там ведь не думаешь: «А вот летит мяч, поймаю-ка его». Просто рука выбрасывается вперед и возвращается уже с мячом.
Лус поежилась.
— Да, повезло мне, что ты в этот момент рядом проходил. Ну что ж, мне наука: впредь буду внимательней смотреть по сторонам.
Антонио улыбнулся застенчиво, а потом спросил:
— Слушай, Лус Мария, раз уж твоя сестра-шутница от меня улетела, не согласишься ли ты со мной пообедать сегодня?
— Спасибо, Антонио, но, к сожалению, не могу, — ответила Лус. — У меня уже назначена встреча, я и так уже опаздываю.
— Жаль, — сказал Антонио, — хотя меня это не удивляет. Ну что ж, передай привет твоей сестричке, когда будешь ей писать или звонить. И вот тебе мой телефон на тот случай, если у тебя появится время и будет скучно.
Он протянул ей листочек с написанным телефоном. Лус положила его в сумочку и протянула ему руку.
— Спасибо тебе, Антонио, мы обязательно еще увидимся.
— Пойдем, я посажу тебя в такси или на автобус, чтобы с тобой ничего больше не случилось, — сказал Антонио, и они встали и направились к выходу.
Когда через некоторое время Лус оказалась в обществе Эдуардо, радость от встречи совершенно перекрыла в ее сознании воспоминание о происшествии. И только поздно ночью, когда она уже лежала в своей постели, сознание стало прокручивать все подробности этого случая.
«Странно, - думала Лус, - ведь я боковым зрением заметила вишневое пятно, которое потом исчезло. Если бы машина просто ехала по улице, этого бы не случилось. А если машина стояла и ждала, то почему потом она помчалась с такой скоростью? Нет, тут что-то непонятно».
И хотя Лус с новой остротой осознала необычайную удачу своего спасения, на душе у нее в тот день было тревожно.
Теперь, когда Дульсе решила уехать, ей стало гораздо легче. Скоро она увидит маму, отца и Лус... Только сейчас она поняла, как скучала по ним. До этого Жан-Пьер заполнял все ее чувства.
Всего несколько месяцев назад она в панике бежала из Мексики в Париж, а теперь так же панически бежит из Парижа в Мексику.
«Чего мне там бояться? — уговаривала себя Дульсе. — Столько времени прошло. Эти бандиты давно потеряли меня из виду. Нет смысла больше скрываться».
Она сходила в Школу изящных искусств и забрала документы.
— Но у вас ведь оплачено до конца семестра, — удивленно сказали ей в канцелярии.
— Изменились семейные обстоятельства, — соврала Дульсе. — Надо быть дома.
— Тогда возьмите отпуск. Возможно, вы успеете вернуться к экзаменам.
— Боюсь, что я уже никогда не вернусь.
Как грустно все-таки покидать эти стены. Дульсе помнила, с какой надеждой впервые шла сюда, как мечтала учиться... Что ж, все в мире меняется...
В агентстве она заказала билет на завтрашний рейс. Незачем откладывать, если решено.
Вот он и настал, ее последний день в Париже. Каким чудесным ожиданием счастья были наполнены ее первые дни. Как жадно она стремилась узнать получше этот прекрасный город, стать в нем своей.
«Прости меня, ты ни в чем не виноват, — мысленно прощалась она с городом, проходя напоследок по улицам, ставшем родными и знакомыми. — Я бы всю жизнь не покидала тебя, если бы... если бы со мной рядом был Жан-Пьер».
А Париж утешал ее на прощание мягким осенним солнцем и шуршащей под ногами листвой на аллеях парков.
У ступеней Собора Парижской Богоматери, как и в тот памятный день, толпились экскурсанты.
И так же быстро тараторила гид заученный текст:
— Перед вами шедевр ранней французской готики. Основная несущая конструкция — пятинефная базилика с трансептом и двумя фланкирующими башнями...
На этом месте она впервые увидела Жан-Пьера, с разбегу уткнувшись ему в грудь и чуть не свалив с ног.
«Пресвятая Дева, под твоей сенью мы повстречались, — мысленно обратилась Дульсе к покровительнице собора. — Почему же судьба оказалась против нас?»
Она подошла к стене, увешанной листочками с записками, вырвала из блокнота листок и тихонько прошептала:
— Сделай что-нибудь, Святая Дева. Ну пожалуйста.. только я не знаю, что здесь можно сделать. Я совсем запуталась... Ты лучше знаешь, как помочь мне. Помоги! Я все приму с благодарностью.
Она написала на листочке «мерси» и прикрепила его рядом с остальными тоненькой полоской скотча.
Дульсе швыряла вещи в сумку, растерянно оглядываясь не забыла ли чего. Самолет улетал рано, завтра не будет времени на сборы. Краски и кисти уложены. А рисунки уже не помещаются в планшет. Сколько же она успела за это время!
Дульсе разложила их на полу и села рядом, оглядывая наброски и пейзажи. Фонтаны Версаля и набережная Сены, Булонский лес и Елисейские поля… Они, запечатленные ее умелой рукой, будут с ней даже в Мехико, на другой стороне земного шара...
В дверь требовательно позвонили, и в комнату ввалилась шумная компания однокурсников во главе с Анри и Симоной.
— Ты что, хотела смыться потихоньку? — возмущенно завопили они. — Не выйдет! Хорошо, что нам в учебной части сказали, что наша мексиканочка уже документики забрала.
