— Я не говорил, что не хочу молиться. Только не за себя, а за одного моего знакомого, который пребывает сейчас у Сольтара, — пояснил Бликс. — За одного, такого же, как и я, солдата… генерала Копья фон Тургау. Он был убит два дня назад. Я знаю, что он служил Сольтару, так что его тело, вероятно, находится здесь, я хочу отдать ему дань уважения.
— О, — удивился Герлон, быстро оглядываясь по сторонам, чтобы убедиться, что никто, кроме Бликса, его не слышит. — Ты знаешь генерала Копья?
— Мы встречались. Я ценил его… — Бликс слегка ухмыльнулся. — Он был одним из тех людей, кто был достаточно прямолинейным, чтобы говорить правду, даже если человек не хотел её слышать.
— Говорить правду уместно всегда, — согласился брат Герлон.
Бликс весело покачал головой.
— Следовало ожидать, что ты так скажешь, — рассмеялся он. — Итак, ты можешь проводить меня к нему?
— Да, непременно, — согласился Герлон. — Но есть две небольшие проблемы. — Он снова огляделся, а затем доверительно наклонился к Бликсу. — Во-первых, его убийство держат в тайне, во-вторых, он не умер.
Бликс моргнул.
— Его убили, но он не умер?
— Да, — ответил Герлон со страданием в голосе. — Это сложно… и даже нас, священников, ставит в затруднительное положение… Считать ли то, что он не может умереть, святотатством или чудом? А ты откуда знаешь об этом?
— От штаб-майора Хелис, адъютанта генерала. Что значит, он не может умереть?
Герлон тихо вздохнул.
— Пойдем со мной, я отведу тебя к нему… тогда увидишь своими глазами. Но держи всё, что увидишь или узнаешь, в секрете. Брат Джон, первосвященник нашей веры, постановил, что мы должны хранить молчание… но ты ведь уже знаешь, верно? — Он протянул руку Бликсу. — Если ты отдашь мне свой меч, я проведу тебя к нему.
Пока Герлон вёл его через главный зал храма, Бликс смотрел на одетую в мантию статую бога, у которого, как и у Сов, капюшон был натянут на лицо до самого носа, так что видны были только подбородок и рот. Тем не менее, ему казалось, что бог следит за ним взглядом. Наверное, подумал Бликс, все верующие чувствуют себя так… и на краткий миг он задумался о том, что, возможно, стоит помолиться… В конце концов, он был почти уверен, что вскоре сам предстанет перед богом.
Но что ему сказать, о чем попросить? Пощади меня? Он забирал маленьких детей и невинных, с чего ему щадить солдата, чьим ремеслом было само убийство? Пусть всё идёт своим чередом, — с горечью подумал Бликс, не стоит беспокоиться заранее. Бросив последний взгляд на статую, Бликс последовал за своим другом священником через едва заметную дверь, которая вела в небольшую, богато украшенную комнату, справа от главного зала.
Комната была роскошно украшена фресками, лента цветов из чеканного золота проходила прямо под тёмным потолком, который художник оформил как ночь: бархатное полотно, на котором то тут, то там сверкали звезды. Стены были украшены сценами из книги Сольтара, а на торцевой стене находился полурельеф бога: слева над его плечами висело солнце, а справа — две луны. Знакомый мотив, только теперь Бликс впервые увидел, что бог опирается на меч, острие которого пронзает у его ног чудовище, покрытое чешуей чёрного цвета, с жуткими щупальцами, глазами и ужасающе уродливыми ртами.
Совы на древних рисунках изображались обычно подобно Сольтару, только у Сов, которых он встретил сегодня, капюшоны были откинуты. Встретить изображение Сольтара в его собственном храме было совсем неудивительно, но справа от него стояла светловолосая женщина с голубыми глазами и прямым вздернутым подбородком, которая, казалось, пристально разглядывала его. Она была облачена в сияющие серебром, легкие конные доспехи, с мечом на боку и коротким конным копьем в левой руке.
Слева от Сольтара стоял воин в тяжелых латах, его руки в бронированных перчатках лежали на рукоятке тяжелого двуручного молота. У него был квадратный подбородок, сломанный нос и кустистые брови, под которыми серые глаза одарили Бликса тяжелым, испытующим взглядом.
Нет, не его, а того, кто лежал здесь на каменном одре, это ему предстояло встретиться с испытующим взглядом богов.
Так было написано в книге богов: Сольтар, Астарта и Борон будут судить человека после жизни. Однако его поразило изображение Астарты. Богиня олицетворяла мудрость и любовь — деликатные искусства… Раз в год люди поклонялись ей в храме особым способом, прежде всего отдавая дань её женскому аспекту. Кроме этого одного дня, в остальное время её статуя была облачена в полупрозрачное одеяние, выгодно демонстрирующее её прелести.
Во всяком случае, Бликсу не удалось вспомнить, чтобы он когда-нибудь видел Астарту, изображённой в доспехах.
Он подошёл ближе.
