— Маршал Хергрим тоже так подумал, — с горечью заметила она, пока он наливал. — Он неотрывно смотрел на неё и, казалось, был не в состояние поднять глаза, чтобы взглянуть мне в лицо. Я чувствовала себя животным для забоя на рынке! Хелис тоже это заметила и предложила ослепить его, когда он больше не будет нам нужен. А это случится ещё очень нескоро. — Она удивлённо покачала головой. — С ней я не уверена, говорит она серьёзно или нет, но она сказала это так, чтобы он услышал, и её слова возымели действие.
— Так и надо, — кивнул Ласка.
— Я уже сама пришла к такому же выводу и отменила все дела на сегодня. После того как ты уйдешь, я проведу ритуал и сожгу платье! Или, если хочешь, можешь мне в этом помочь, — озорно предложила она. — Ты прав, совиной мантии мне вполне достаточно. А если кто-то считает иначе, то мне всё равно. Должна же быть какая-то польза от короны! Которую мы до сих пор не нашли. Боги, как другие сэры выдерживают, когда на них так глазеют? — вздохнула она.
— Большинство из них зарабатывают этим на жизнь, — ответил Ласка, поднимая взгляд, когда она поперхнулась чаем. — Я серьезно! — защищался он.
— Это платье по последней алданской моде и обошлось нам в кругленькую сумму, — пояснила она, ухмыляясь. — На меня оно потрачено зря. Думаю, заодно я сожгу и корсаж. Это орудие пытки, придуманное алданцами, чтобы держать своих сэр в зависимости! Клянусь, в нём ты и трех шагов по лестнице не пройдёшь, чтобы не упасть в обморок! — Она посмотрела на него с улыбкой. — Хватит обо мне. Можешь не волноваться, сегодня я больше не собираюсь ничего делать, кроме как спать. Мне просто нужно было выяснить, что для меня хорошо, а что нет. А что насчет тебя? Ты пришёл из-за предложения Пертока?
— Ты знаешь о нём?
— Конечно, — ухмыльнулась она. — Я навестила его в храме Астарты, когда ещё казалось, что помощь пришла слишком поздно. Я всегда восхищалась им. И довольно сильно побаивалась, — добавила она со смехом.
— Мне рассказал об этом Орикес, но я хотел увидеться с тобой ещё до этого известия. — Ласка недоверчиво покачал головой. — Ты можешь представить меня в роли инквизитора? Нелепая идея.
— Верховный инквизитор — это нечто большее, чем кажется на первый взгляд, — серьезно сказала она. — Его главная задача — прикрывать мне спину. Это то, что ты всегда делал, и лучше тебя никого не найти. Однако это должен быть твой выбор. Но если причина твоего прихода не в этом, тогда в чём?
— Можешь на время забыть о том, что ты Сова и императрица?
— Настолько всё серьёзно? — удивлённо спросила она, затем кивнула. — Если это не представляет явной опасности и не нарушает моей клятвы, то да. Так в чём дело?
— Это касается Марлы.
— Марлы? — с удивлением спросила она. — Я не слышал о ней уже много лет. С тех пор, как ты выставил её за дверь. — Она рассмеялась, увидев взгляд Ласки. — Мне было четырнадцать, и я уже несколько лет жила здесь, в башне. Но никогда не была глупой или слепой! Так что с ней?
— Выслушай меня…
Как бы тяжело ему не было, он почти ничего не упустил. Рассказал даже о прошлом… и том, что должен встретиться с ней в полночь, чтобы отправиться в храм, а также, что она — жрица Безымянного. Что он не знал, сколько времени займет это путешествие и насколько оно будет опасным. Поведал и о своём визите к священникам и заверениях Марлы, что бог хочет помочь своим братьям и сестре. А также, что, возможно, Безымянный может оказаться не таким, как о нём часто думают. Лишь одно он утаил: что она оседлала его и обладает тёмным даром.
Дезина, как всегда, слушала, словно не желая упустить ни слова, и лишь изредка переспрашивала. К тому времени, когда он закончил, у него было такое чувство, будто он бежал, а чай успел остыть.
— Кроме тебя мне некому рассказать, — заключил он. — А мне нужно было с кем-то поделиться.
— Значит она говорит, что Троица готова позволить Лиандре умереть, потому что так для них более удобно. А Безымянный хочет, чтобы ты изменил её судьбу, и она могла продолжить жить. Марла помогает тебе в этом делом. А тебя выбрали, потому что ты веришь в Маму Маэрбеллину, которая тоже богиня?
Он кивнул, и она вздохнула.
— Кому-то другому я бы не поверила, Ласка, — задумчиво сказала она. — Но в то же время это имеет смысл. Скажи Марле, что я желаю видеть её после того, когда вы вернётесь.
— Ты не возражаешь? Тебя не удивляет и не пугает то, что я рассказал тебе о нас с Марлой?
— Во-первых, маленькие девочки часто бывают очень любопытными. Большую часть я уже давно знаю. Во-вторых, мне нравилась Марла, потому что она такая независимая и гордая. В-третьих, я хочу, чтобы маэстра выжила. Я тоже считаю, что у неё должна быть другая судьба. Не хочу, чтобы её трусливо убили.
— Так значит ты не возражаешь?
— Нет, Ласка. Конечно, не возражаю. — Она улыбнулась. — Я доверяю тебе. Скажи, Марла упоминала о мече маэстры в своём видении?
Он покачал головой.
— Только то, что жизни её якобы лишит меч Сольтара.
