Мокрая лестница круто уходила вниз, ступени были такими сколькими, что даже Ласке было трудно держать равновесие. А вот майор Меча поскользнулась на десятой ступеньке и упала вниз на добрую дюжину, прежде чем смогла остановить своё падение, но одна из её рапир с грохотом полетела вниз по лестнице. Все замерли.
— Что ж, если он теперь не знает, что мы идём, значит он глухой, — мрачно прокомментировал Ласка.
— Идём дальше, — всё что сказала Рикин, спускаясь в подземелье первой. Дойдя до того места, где лежала её рапира, они наткнулись на площадку и старую приоткрытую дверь, железные петли которой были частично ржавыми, а замок проржавел до неузнаваемости. Не говоря ни слова, майор подняла своё оружие.
Сверху передали факел, капрал Февре поднял его и, по кивку майора, толкнул дверь. Так как и описывал Ласка, перед ними открылась большая комната, размером, наверное, двадцать на пятнадцать шагов, только стены были не просто сырыми. В разных местах из стыков тяжелых камней вытекали маленькие ручейки, превращая каменный пол в пруд, который стекал вниз по другой лестнице. Куда попадала вода и почему комната не наполнялась, Ласка не понимал, да это и не особо его интересовало. Холодную дрожь вызывало скорее представление о том, что за этими стенами скрывается холодная вода гавани.
Также легко было заметить, что это храм Безымянного. Камень, окутанный тёмной тенью, мог быть алтарём, а статуя из чёрного базальта, вероятно, представляла самого Безымянного… «Хотя в мантии с надвинутым на лоб капюшоном он определённо напоминал статую Сольтара», — хмурясь заметил Ласка.
Разве не ходили истории о том, что статуя Безымянного покрыта тьмой и тенью? Эта — нет, и, если подумать, художник даже не проявил особого мастерства. В храмах его братьев и сестёр стояли статуи, которые, казалось, были живыми и даже дышали. По сравнению с ними, статуя Безымянного выглядела довольно незаконченной и грубой, а голова была слишком большой.
Если самой статуе не хватало темноты и теней, то алтарный камень был окутан клубящейся тьмой. Даже Ласка, которого не часто можно было встретить в храмах, быстро осенил себя жестом Сольтара, но всё оставалось тихо и спокойно, никто не выскочил из укрытия, не изверглась тёмная магия, чтобы утянуть их в демоническую бездну. Совсем наоборот. Тишина была почти абсолютной, слышны были только плеск воды и капающие с потолка капли.
Справа стояла подставка с барабаном, а перед алтарем и статуей — две тяжелые, полу ржавые чаши для углей, с каждой стороны еще по четыре каменные скамьи… Кроме четырех держателей факелов, размещённых по комнате, это было все.
— Итак, — сказала Рикин, убрав рапиры и скрестив руки на груди. — Храм мы нашли, хотя он произвёл на меня мало впечатления… но где же негодяй?
— Вниз по лестнице? — предложил Ласка, но Февре, стоявший у спуска, лишь покачал головой.
— Она засыпана и завалена обломками, — объяснил последний. — Ни одна крыса не сможет здесь проскользнуть, а если всё-таки проскользнёт, то только если умеет нырять. Проступая сквозь завалы, вода доходит до самой верхней ступени.
— Разве он не лежит рядом с сэрой Зокорой на алтарном камне? — осторожно спросил Герлон. — Это ведь тот человек, которого мы ищем, верно?
— Тёмная эльфийка? Где? — удивлённо спросил Бликс. «Не только он один теперь смотрел в сторону алтаря, но там по-прежнему ничего не было видно, кроме клубящейся тьмы, которая вполне могла скрывать лежащее на камне тело», — с тревогой подумал Бликс.
В тот же миг тьма исчезала так быстро, словно её сдул ветер, открыв не только привязанного к ржавым кольцам на алтарном камне Ворона, но и маленькую женскую фигуру в тёмной кольчуге, стоящую прямо и неподвижно за алтарём и смотрящую на новоприбывших горящими красным светом глазами и выгнутой бровью.
У неё были изящные черты лица, как у эльфов, только её кожа была цвета эбенового дерева, а ростом она доходила Бликсу до груди.
Не только Бликс затаил дыхание от удивления, один из пехотинцев даже выпустил в испуге болт, но женщина элегантно уклонилась в сторону, так что он пролетел мимо, не причинив вреда, пока Бликс ещё кричал «не стреляйте».
— Ты опоздал, майор Меча, — приветствовала она его бархатистым голосом, который так не соответствовал чёрным зубам и горящим красным светом глазам. — Теперь он принадлежит моей богине.
— Вы знаете эту женщину? — почти с упрёком спросила Рикин.
— Это сэра Зокора, — поспешно объяснил Бликс. — Насколько я знаю, она что-то вроде принцессы у своего народа и в тоже время жрица Астарты или Соласте, как её называют тёмные эльфы. Я встретил её в Алдаре, где она вместе с генералом Копья положила конец махинациям тёмного священника Омагора.
— Почти верно, майор, — подтвердила эльфийка. — Имя моей госпожи — Соланте… но в остальном ты передал всё правильно. — Она выпрямила спину и окинула присутствующих величественным взглядом.
— Да хранит вас Сольтар, — поприветствовал её брат Герлон, заслужив в ответ удивлённые взгляды.
— Спасибо. Да защитит тебя Соланте, Герлон, — вежливо ответила сэра Зокора.
